«Это можно рассматривать как рекламу, но сработало или нет веское президентское слово, поймем по ценам на билеты. Но я недавно посмотрела сайт Большого театра, была приятно удивлена невысокими ценами именно на оперные постановки. Они абсолютно доступны. Как известно, все плохо кончилось в «Турандот», поэтому жесткости в любом случае надо ожидать. Но Владимиру Владимировичу надо сказать спасибо за привлечение внимания наших граждан к театральному искусству и отвлечение от более страшных проблем, с которыми сейчас приходится сталкиваться».

«Школа-студия — это вообще интеллигентная институция. Я точно знаю, что она не участвовала во всей возне, которая началась сразу после объявления о том, что Богомолов приходит в Школу-студию. Студия заняла интеллигентную выжидательную позицию. Более того, в понедельник прошел педсовет, он носил абсолютно конструктивный характер, выступали заведующий кафедры, подводились итоги прошедшей сессии. Заведующий кафедрой хореографии — это единственный человек, который как-то выступила с критикой, но с критикой работы кафедры. Шум был только вокруг, понятно, что этот шум инсценировали с целью довести Богомолова до самоотвода или до входа в Школу-студию только через скандал. Думаю, что со временем станет ясно, потому что пойдет уже другой расклад».

«Имя очень хорошее, но, к сожалению, скомпрометированное громким делом и вообще печальной историей. Что касается ажиотажа, я просто поражаюсь нашему народу. Когда с Михаилом Ефремовым все было более-менее в порядке, это не вызывало ажиотажа — все знали, что можно пойти на спектакль, где играет Ефремов, и это будет хорошая игра. Но для артиста очень важно, особенно театрального артиста, — [регулярный] выход, участие в репертуаре. У Миши, к сожалению, очень большой перерыв. Надежда только на природный дар острохарактерного, комического и драматического артиста, доставшийся ему по наследству. Но нужно обязательно делать поправку на то, что он в деле не был очень давно. В театре это не прикроешь. Поэтому мне печально, что ажиотаж вокруг спектакля продиктован соображениями, как будет играть человек, который отсидел. У него жизнь сломана, и в этом виноват он сам, а этот спектакль — шанс доказать прежде всего самому себе, что жизнь не сломана, что она продолжается и он продолжается в профессии. Я не исключаю еще и маркетингового хода. Например, в МХАТ нечеловеческий ажиотаж вокруг спектакля «Кабала святош», к которому есть вопросы, там постыдно зашкаливает цена на билеты. И эта цена установлена администрацией художественного театра, который изначально, от рождения, носит название общедоступного. И, конечно, когда люди слышат о таких взвинченных ценах, значит, надо идти. Но я думаю, что профессионалы и театралы будут ждать работы Михаила Ефремова. Я за него болею, хотя все понимаю, но хочу, чтобы у него получилось. Тем более известен материал, он и в кино опробован — дай бог».

«Корреспонденты моей газеты с утра поехали и были первыми в кассе, где встретили 20 человек — 20 человек, которые приехали купить билеты, хотя знали об объявлении продажи только через сайт. Какая-то старушка пыталась давить на жалость, потому что она не способна купить билет по интернету в силу возрастных проблем. Это серии «хотели как лучше, а получилось как всегда». Дальше случилось то, что случилось у всех: никто не мог купить билеты на сайте Большого театра. Профессиональные кассиры уверены — а мы опросили очень многих профессиональных кассиров — в том, что современные технические средства позволяют так заблокировать билеты на сайте, что потом их будут выкупать другие люди. То есть те же самые спекулянты. Билетная мафия Большого театра бессмертна. Надо быть очень наивными людьми, чтобы полагать, что при введении продажи билетов на сайте и уже тем более на аукционе все станет замечательно».

«История борьбы с перекупщиками, то есть со спекулянтами, долгая и пока безрезультатная. Я помню, что в старых русских журналах, дореволюционных, читала, что публика очень гневалась и газета призывала прекратить спекуляцию в Первую Мировую войну, то есть это был гневный патриотический спич, но он ни к чему не привел. Поэтому эта попытка московских властей, в частности Департамента культуры, очень хорошая, она благая, но чем она кончится — неизвестно. Кто кого победит? Как не кончилась ничем попытка слить московские театры, из трех сделать один, так и здесь очень много подводных камней. Представьте себе: приходят люди, и так всегда толпа, а с проверкой билетов толпа усугубится, вырастет, время будет тянуться, а это значит, что спектакли будут задерживаться».