«Про Петера Мадьяра необходимо понимать, что он не является стереотипным проевропейским либералом или брюссельским ставленником. Петер Мадьяр отличался от предыдущих кандидатов от оппозиции тем, что он разделял многие позиции Виктора Орбана и обращался к избирателям Виктора Орбана. Можно назвать его лайт-националистом, если мы считаем Виктора Орбана националистом. И мы видим, что первые его заявления показывают, что он не собирается вести откровенно проевропейскую, антироссийскую политику, он, как мы видим, выступает за довольно прагматичный подход по отношению к России, и это объяснимо. Если мы посмотрим на предвыборные опросы, большинство венгров были обеспокоены экономической ситуацией в собственной стране, а не делали выбор между ЕС и Россией. Эту рамку было легко представить внешним наблюдателям, но внутри страны избирателей интересовало вовсе не это. Я думаю, что Москва и Будапешт при Викторе Орбане долгие годы подчеркивали, что их взаимоотношения носят деловой, рабочий, прагматичный характер, они объясняются какой-то мнимой пророссийскостью господина Орбана, который, напомню, голосовал за все антироссийские санкционные пакеты и был готов проголосовать за выделение 90 млрд евро Украине в случае разблокировки нефтепровода «Дружба». Так что я полагаю, что Будапешт и Москва попробуют выстроить довольно прагматичные отношения, и, если это получится, это будет довольно хорошим примером для других стран Европейского союза, потому что, когда Виктор Орбан говорил о том, что его политика продиктована не его личными пристрастиями, а национальными интересами, ему никто не верил. В случае господина Мадьяра будет, очевидно, иначе. И в Брюсселе, и в других столицах стран ЕС к его словам будут относиться по-другому. Так что на самом деле для России и Венгрии открывается окно возможностей по налаживанию нормальных прагматичных взаимоотношений. Будем надеяться, что именно так и получится».

«Дело в том, что Рэнди Джордж был довольно близок к бывшему министру обороны, который был назначен еще президентом США Байденом. Это на самом деле необычная ситуация, потому что должность начальника штаба армии обычно довольно техническая, она очень важная, но не политическая, а техническая. А вот господин Джордж во многом превратил эту должность в политический кабинет. И Пит Хегсет пользуется ситуацией с войной с Ираном для того, чтобы зачистить департамент обороны (или департамент войны) от людей, которых он считает нелояльными. Мы видим, что в армейских кругах эти чистки вызывают критику, критику часто невыразимую, но тем не менее сейчас, очевидно, армия США проходит стресс-тест. Сейчас есть вопросы о наземной операции, о подготовке к наземной операции против Ирана, о нескольких видах этих наземных операций — остров Харк или захват западноиранского обогащенного урана. В общем, Хегсет убирает нелояльных и хочет сильнее перелопатить департамент обороны по трамповским лекалам. Мы понимаем, что Дональд Трамп — человек, который ценит лояльность, а не профессионализм. В профессионализме Рэнди Джорджа не было поводов сомневаться, а Трамп ценит готовность беспрекословно исполнять приказы от всех своих подчиненных и проводить вот эту его политику на местах».

«Я полагаю, что в этом плане заявление господина Патрушева призвано продемонстрировать всем тем сторонам, которые заинтересованы в причинении вреда таким судам, что такое причинение вреда может не остаться без последствий. Я думаю, что намеренно сохранена неоднозначность заявления. Я полагаю, что будут приняты меры, вполне могу представить себе сопровождение мобильными огневыми группами, но, повторюсь, заявление господина Патрушева намеренно сформулировано таким образом, чтобы продемонстрировать, что недружественные действия не останутся без ответа. Тем не менее, оно достаточно неконкретно для того, чтобы нельзя было спрогнозировать конкретные действия России и как-то попытаться им противодействовать».

«Дональд Трамп, безусловно, понимает, что не получает от продолжения конфликта никакой пользы и никакой выгоды. Наоборот, с каждым днем становится все более очевидно, что свержение режима и ранее не получилось, а экономическая удавка затягивается на его шее. Поэтому я полагаю, что Дональд Трамп будет постепенно работать над сворачиванием конфликта. Мне кажется, что мы можем даже увидеть окончание конфликта до конца марта. Израиль может продолжить локальные столкновения, но я думаю, что американцы свое участие будут сворачивать. На то, что Иран публично отрицает факт переговоров, обращать внимания не нужно. Тегеран ведет довольно успешно информационную войну, и все заявления призваны не отразить реальность, а помочь Ирану одержать победу и выглядеть наиболее грозно, наиболее сурово и наиболее свирепо. Поэтому я полагаю, что переговоры на самом деле идут и мы приближаемся к развязке, а Трамп перед тем, как взять на себя публичную готовность уничтожить энергетическую инфраструктуру Ирана и перевести войну на новый этап эскалации, отступил, так что я думаю, что мы приближаемся к разрешению этой ситуации».

«Дональд Трамп потребовал нового жертвоприношения. Очевидно, что страны Европейского союза хотели бы сохранить расположение США, хотели бы, чтобы Дональд Трамп лично относился к ним хорошо. Мы понимаем, что сейчас политика США во многом зависит от личного отношения президента. Казалось бы, Дональд Трамп сначала потребовал повысить расходы на НАТО. Сейчас он потребовал отправить корабли в Ормузский пролив. В остальное время он довольствуется, как мы знаем, просто заверениями в собственном великолепии и в его вербальной поддержке. Я думаю, что и странами Европейского союза, и другим государствам, не входящим в ЕС, но являющимся союзниками США, будет избран следующий курс: они не будут критиковать иранскую операцию Дональда Трампа. Они не будут критиковать войну в целом, но постараются воздержаться от каких-то реальных подвижек в этом направлении. Они не будут отправлять корабли для патрулирования пролива, потому что это поставит под угрозу жизнь и здоровье их собственных солдат. Учитывая, что война против Ирана не воспринимается как справедливая практически нигде за пределами круга Дональда Трампа и Израиля, я полагаю, что на это нет мандата. То есть люди, живущие в этих странах, будут против. Кроме того, патрулирование военных кораблей не обезопасит Ормузский пролив. Мы понимаем, что Иран использует дальнобойные дроны и ракеты, для которых необязательно присутствие непосредственно в зоне пролива. Они могут быть запущены с довольно большой дистанции, и даже одного успешного поражения, если все сбиты, но одна ракета долетит до корабля, будет достаточно для того, чтобы страховщики перестали страховать, и, соответственно, танкеры перестали ходить. Да, конечно, Дональда Трампа критиковать никто не будет, но и кораблей никто не отправит. Понадеюсь, что Трамп скоро забудет об этой идее и переключится на высадку, например, на острове Харк. Так что игнорирование при сохранении хорошей мины — это та тактика, которой будут придерживаться союзники США».