Антимонопольная служба не нашла предпосылок для роста цен на бензин. Как заявил журналистам глава ФАС Игорь Артемьев, не стоит ждать резкого повышения цен на заправках после истечения срока действия соглашения между правительством с нефтяниками.

По его словам, с осени «очень сильно изменились мировые цены на нефтепродукты, конъюнктура в этом смысле для внутреннего рынка была весьма и весьма благоприятна». «Кроме того, маржа даже в рознице сейчас очень высокая у бензоколонок. Сейчас они хорошо зарабатывают, поэтому потенциала для роста нет», — пояснил Артемьев.

Осенью баррель нефти стоил в рублях почти 6 тысяч, сейчас его стоимость опустилась ниже 4,5 тысячи рублей, и это действительно сдерживает рост стоимости топлива. И сильного роста цен пока ждать не стоит, считает замгендиректора по инвестициям УК «Универ Капитал» Дмитрий Александров:

Дмитрий Александров заместитель генерального директора по инвестициям ИК «Универ Капитал» В целом согласен, да. Здесь единственное надо учесть, что для роста всегда остается возможность, если случится сочетание каких-то неблагоприятных факторов. Например, проблемы в Венесуэле, которые полностью останавливают все поставки из этой страны, то есть не только на американский рынок, а вообще. Резкое сокращение добычи в Саудовской Аравии и введение санкций против России, против российского суверенного долга. И это, естественно, приводит к росту цен на нефть в долларовом выражении и к девальвации рубля. В таком случае те механизмы, которые были разработаны в том году и введены с этого года, действительно не смогут полностью демпфировать этот эффект. Если таких стресс-сценариев реализовано в этом году не будет, то в целом можно согласиться с тем, что рост цен в рознице будет, не знаю, ниже инфляции, выше инфляции — тут прогнозы по инфляции у всех разные. В принципе на уровне 5% рост цен будет».

В рознице бензин будет дорожать не слишком быстро. Но это не значит, что проблем на рынке больше нет, поясняет президент Независимого топливного союза Павел Баженов:

Павел Баженов президент Независимого топливного союза «Дело в том, что у нас сегодня внутренний рынок сильно отстал от внешней альтернативы, от нетбэка, это почти 10 тысяч рублей, если говорить о бензине. Поэтому сейчас есть серьезные основания для роста уже в марте именно оптовых цен на топливо. А вот розницу, скорее всего, будут держать любыми силами и средствами. И если каких-то уж совсем из ряда вон выходящих внешних шоков не будет, то, скорее всего, мы будем иметь ту розницу, какую имеем. Розница будет расти всегда, но медленно и постепенно. Сейчас самый большой риск — это стремительный рост оптовых цен. То есть на самом деле в чем в прошлом году заключалась трагедия? В том, что оптовые цены очень резко и быстро выросли и перешагнули розницу, то есть стали дороже розничных цен либо сравнялись с ними в зависимости от региона. Соответственно, это привело к серьезному ценовому диспаритету и подтолкнуло розничные цены к росту. В этом году, чтобы скорректировать подобную ситуацию, сгладить, ввели несколько новых механизмов. Это отрицательный акциз на нефть, это демпфирующий механизм. И ставка сделана на эти механизмы, чтобы не прибегать к ручному управлению. Пока это механизмы новые, они не работают. Скорее всего, правительство будет предпринимать все для того, чтобы их как-то донастроить. Если вдруг, а это очень вероятно, случится так, что донастроить оперативно не получится, значит, будут снова «морозить», пугать всех экспортной пошлиной в 90%».

Правительство и нефтяные компании продолжают обсуждать механизмы регулирования рынка топлива после 31 марта, когда истекает срок действия соглашения о стабилизации цен. Ближайшее совещание по этому вопросу может состояться в начале марта. Об этом заявил глава «Лукойла» Вагит Алекперов.

По его словам, реализация топлива в условиях заморозки цен приносит нефтекомпаниям убытки. Он назвал это «социальным обязательством». Алекперов призвал снизить налоговую нагрузку на отрасль. Если не дать нефтяникам дополнительные налоговые стимулы, из-за падения производства в Западной Сибири бюджет может потерять 1,5 трлн рублей, уверен глава «Лукойла».