Рубашки для голых

Эту проблему знает любой креативщик. Есть хорошая идея, но совершенно непонятно, откуда взять денег. Европа, вслед за США, осваивает crowdfunding: создаются специальные интернет-платформы, помогающие собрать средства на интересный проект. Дав энную сумму на запись альбома неизвестной группы, можно получить автограф музыкантов, пластинку или билет на концерт. Аналитики подчеркивают, что это не совсем спонсорство. Правда, опыт показывает, что «финансирование сообща» лучше всего получается у социально-значимых инициатив

Буквально на днях поспорил с одним немецким, ну, скажем, риэлтором. Он председательствует в комитете одной общественной организации. Недавно приятеля позвали на бал, но с условием, что он сам и билет себе купит. «Тебе даже повальсировать даром не дадут?» — возмутился я. «Я же работаю на общественных началах», — напомнил мне он. «Но какие дивиденды ты от этого получаешь? В жизни все – бизнес. Даже семейная жизнь строится по принципу «брать и давать». Например, если жена готовит еду, то мужу разумнее взять на себя мытье посуды». «Ну, — приятель задумался, — я же на виду. Полезные контакты…»

Я подумал, что упрощаю и, возможно, именно поэтому в профессиональном смысле куда менее успешен, нежели мой собеседник.

Откуда могут приплыть деньги, предугадать бывает трудно. На эту мысль меня натолкнула публикация о необычном способе поиска инвесторов, пришедшем из США, и понемногу приживающемся в Германии. Это crowdfunding.

Принцип прост: с миру по нитке. Одни дают 10 долларов, в обмен получая пластинку или автограф. Другие, выделив более крупную сумму, становятся дольщиками или могут претендовать на процент от дохода. Чем убедительнее портфолио, тем больше шансов на успех: художники представляют образцы работ, режиссеры — фильмы-пилоты, журналисты и писатели — синопсисы.

Пионером в сфере коллективного интернет-финансирования считается нью-йоркский сайт Kickstarter.com, который с 2009 года помог в реализации 2800 проектов на сумму более 20 млрд долларов. Немцы о таких суммах могут только мечтать: платформа MySherpas.de, созданная в Мюнхене, собирает около 7 тысяч евро в месяц, Startnext.de (дело рук программистов из Лейпцига) с октября прошлого года собрала на разного рода начинания 20 тысяч евро. Например, в начале года австриячка Сара Неренберг благодаря Mysherpas нашла 2 тысячи евро для съемок фильма о культовом в Германии итальянском актере Баде Спенсере. Эти деньги она потратит на поездку своей команды из Вены в Рим. Те, кто дал 10 евро, получат открытку со съемок. 400 евро стоит приглашение на частную вечеринку в Вене в честь Бада Спенсера.

«В Германии с ее иными, нежели в США, структурами, сrowdfunding — это пока лишь побочное явление, — поясняет Себастьян Метцнер, изучающий интернет-тренды. — Немцам удобнее поддерживать культуру не напрямую, а посредством налогов. Так проекты, проверенные государственными органами, получают «печать серьезности». Если в Германии из частных источников финансируется каждый десятый культурный проект, то в США — каждый второй. «Необходима частная поддержка, ориентированная прежде всего на проекты. Но для этого требуется смена самосознания», — говорят представители Startnext.

В США интернет-поддержка культурных инициатив выросла в модель альтернативного финансирования бизнес-проектов. Образцовым считается пример небольшой фирмы Tiktok, благодаря Kickstarter набравшей без малого миллион долларов на многофункциональный зажим для iPod Nano. 13,5 тысяч человек дали на эту придумку 940 тысяч долларов, при том, что разработчикам требовалось только 15 тысяч.

Той же дорогой отправились нью-йоркские дизайнеры Том Джерард и Дэн Провост. На Kickstarter.com они представили идею подставки-штатива для iPhone. В итоге они получили в 50 раз больше желаемого. На выпуск этой «примочки» скинулись около 5 тысяч человек, заплатившие 125 тысяч долларов.

«Финансирование сообща» нельзя назвать повальным увлечением. Однако число сайтов, собирающих деньги на стартапы, растет: 33needs.сom ориентирован на социально-значимые проекты, kiva.org предлагает площадку для тех, кто хочет занять денег, и тех, кто готов их дать. Есть и другие аналогичные платформы: Pling, Inkubato, VisionBakery. Все они действуют по одному и тому же принципу, предлагая платформу для демонстрации идей и, в случае удачи, взимая комиссионные (от 4 до 10%).

Отличительная черта стартапов на этих платформах — попытка совместить зарабатывание денег с общественной пользой. Одной только алчностью народ не привлечешь. Участие в таких проектах можно назвать и своего рода публичным жестом. На сайте spot.us собирают деньги для журналистских расследований. С помощью этого портала в 2009 году американка Линдсей Хошоу собрала 6 тысяч евро на командировку по тихоокеанским помойкам. По условиям сайта, если СМИ покупает право первенства на публикацию материала (это, как минимум, 50% от собранной на реализацию проекта суммы), то выручка распределяются между вкладчиками. Два года назад зоологу из Британии Фрэнни Армстронг удалось собрать 600 тысяч евро на съемки фильма «The Age of Stupid» о последствиях глобального потепления. Если фильм соберет в мировом прокате более миллиона евро, то «микроинвесторы» получат свои деньги назад.

Американские «полит-рэпперы» из Public Enemy, в прошлом году собравшие 75 тысяч долларов на запись нового альбома, свое обращение к услугам sellaband.com объясняют тем, что им не хочется идти на поклон студийным боссам. В принципе, их шаг напоминает стратегию рокеров из Marillion, которые в 1997 году организовали концертное турне и запись пластинки на деньги своих фанатов. Похожую схему предлагают и пятеро студентов из Ганновера, объединившиеся в группу Evelyn Kryger, которые собирают деньги на выпуск новой пластинки. «Записать, сделать обложку и разрекламировать мы сможем и сами, — говорит фронтмен немецкой группы Йонас Холланд-Мориц, — нам нужны деньги, чтобы отштамповать CD». За три евро они готовы выслать песню в формате mp3. 500 евро — это стоимость их концерта.

«Не следует путать crowdfunding со сбором пожертвований гуманитарными организациями и политическими группами, — отмечает газета Süddeutsche Zeitung. — Сайты, предлагающие такие услуги, получают проценты, а тот, кто поддерживает любимую группу, получает нечто взамен». И все же, очень выгодным вложением такие проекты не назовешь. Эксперт по интернет-трендам Себастьян Метцнер, признавая, что это нечто среднее между спонсорством и финансированием, тем не менее, убежден, что такие инициативы со временем приобретут глобальный характер. «Люди хотят влиять на события, оставить после себя след, поэтому crowdfunding будет находить все больше понимания», — говорит специалист, считающий, что упоминание имени в титрах фильма или на обложке кавера — это вполне достойная оплата.

У crowdfunding есть, как минимум, два преимущества, заметил как-то обозреватель российской газеты «Коммерсант». Во-первых, схема рассчитана на особый тип инвестора, который, как правило, не требует никаких денежных дивидендов. Он ищет не шанс заработать на своих вложениях, а взаимовыгодный обмен. Инвестор отдает деньги, а взамен получает право участвовать в судьбе симпатичного ему бизнес-проекта. Во-вторых, микроинвестор скорее всего будет лояльным потребителем услуг и продуктов бизнеса, который он спонсирует.

Станет ли crowdfunding полноценной альтернативой традиционному финансированию? Крупные удачи Kickstarter базируются на славе, созданной традиционным способом. Группа Public Enemy прославилась еще в 1980 годы. Успех зажимов для iPod связан с модой на «яблочные» гаджеты. Фрэнни Армстронг сумела привлечь внимание не без помощи ООН.

Едва ли случайно в России, говоря о «краудфандинге», обычно подразумевают интернет-спонсорство: в качестве успешного проекта, финансируемого по принципу «с миру по нитке», называют «Роспил» Алексея Навального собирающем информацию о чиновниках-коррупционерах. Примечательно, что на сайте http://rospil.info/ содержится призыв о помощи, но не о финансировании. Вложения в антикоррупционный проект, по словам Алексея Навального, это «Яндекс-деньги», то есть «права требования», что позволяет не платить 13-процентный подоходный налог.

Выясняя тонкости краудфандинга, я понял, что вопрос, который я задал своему немецкому приятелю, загруженному общественной работой, с головой выдает меня, как человека постсоветского. В виртуальных дискуссиях о «финансировании толпой», которые нет-нет да встречаются в русском интернете, вопрос о гарантиях — едва ли не самый популярный. «Вы удивитесь, — пишет один комментатор, — но на нашей планете всё ещё осталось достаточно много людей, которые хотят что-то делать, а не просто воровать и прятаться. Но, видимо, у нас в стране уже очень глубоко засела позиция, что лучше вообще ничего не делать, потому что в любом случае все украдут». Между тем, попытки создать полноценную российскую площадку для краудфандинга уже имеются. Доменные имена crowdfind.ru и crowdforce.ru выкуплены. Правда, оба пока бездействуют.