16+
Среда, 30 сентября 2020
  • BRENT $ 42.23 / ₽ 3340
  • RTS1155.67
27 мая 2012, 15:39 Недвижимость
Актуальная тема: Московское наступление

«Это можно сравнить со строительством Астаны в чистом поле»

Лента новостей

Новая Москва — пример поглощения, а не сотрудничества муниципалитетов. На таких принципах вряд ли можно создать настоящую агломерацию, считает Дмитрий Наринский, руководитель координационного комитета НП «Объединения планировщиков», советник правления Союза архитекторов России

Фото: PhotoXPress
Фото: PhotoXPress

Механическое приращение территории никогда не решало проблем существующей территории. Расширение Москвы на юго-запад — это экстенсивный путь развития, заявил в интервью BFM. ru Дмитрий Наринский, представитель «Объединения планировщиков», советник правления Союза архитекторов России

— Агломерация во всем мире понимается как сотрудничество муниципалитетов, расположенных на смежных территориях. Можно ли считать, что расширение Москвы — это путь к созданию столичной агломерации?

— Произошла глобальная путаница: город и агломерация не являются синонимами. Это разные совершенно образования. Агломерация в себя включает разные муниципалитеты, и иногда даже агломерации лежат на территориях двух соседних стран. И принцип агломерации — это сотрудничество муниципалитетов, расположенных в зоне единых трудовых ресурсов или связанных с единым освоением какой-то территории – единые транспортные и экономические задачи, скажем так.

У нас произошло совершенно по-другому. Принято административное решение [о расширении Москвы]. И это административное образование, которое никто до конца не знает как будет функционировать и какие у него будут управленческие механизмы. Тем не менее, это будет центральная власть московская, в любом случае — это не сотрудничество разных муниципалитетов, а поглощение одним других. И здесь вообще нельзя говорить об агломерации, а можно просто говорить о механическом расширении Москвы.

Агломерация создается естественным путем, это естественное образование, оно не подчиняется решению сверху. Москва переживает заново раннесредневековый период развития, твердо ассоциирующийся в сознании с именем Ивана Калиты.

— Московское наступление сможет решить проблемы мегаполиса?

— Я считаю, что присоединение территорий не решит московских проблем. Понятно, что никогда механическое приращение территории не решало проблем той территории, которая существует. Это экстенсивный путь развития. Мне это напоминает, как крестьяне когда-то, чтобы освоить новое поле, выжигали лес. То есть это совершенно дикий, средневековый метод хозяйствования.

Вообще вопрос расширения Москвы — абсолютно искусственный вопрос. Он, как мне кажется, все-таки заключается в том, что до самого последнего времени не были решены вопросы административных границ Москвы. Долгое время этот вопрос был камнем преткновения, был конфликт у Москвы и Московской области, потому что Москва никогда не ограничивалась кольцевой дорогой. Она имеет протуберанцы в разных направлениях, и все это связано с советской системой управления.

Так, многие протуберанцы совершенно неожиданно возникали, например, в районе Акуловой горы, известной нам по творчеству Маяковского. Там есть крошечная территория, которая относится к Москве. Снабжение в советские времена у Москвы было другое. Колбасы не хватало на всю страну, и чтобы решить проблему обеспечения колбасой ученых, писателей, ценных советских кадров, создавались такие островки социалистического благополучия.

А позже, уже во времена капиталистического благополучия «протуберанцы» образовывались по другим причинам — когда в Москве нужно было застраивать какие-то отдельные территории, решать хозяйственные проблемы. Например, я знаю, что за Люберцами есть территория, на которой расположен таможенный терминал, который принадлежит Москве. Тут все понятно, таможенный терминал создавался для растаможки строительной техники, которая использовалась для реконструкции МКАДа. Таких примеров масса.

И третий фактор — наиболее существенный — строительство жилья. Он является ключевым сегодня. Но он не столь однозначный, как первые два. Начиная с 2007 и до 2011 года строительство жилья в Московской области шло опережающими по сравнению с Москвой темпами, а главное, что оно быстрее наращивалось процентно. И связано это отчасти с освоением территорий, отчасти с экономическими факторами: стоимость строительства в МО дешевле, чем в Москве. Просто даже когда строительная компания переходила за МКАД, то за кольцевой были уже другие цены.

Так вот изначально у Москвы нет границы четкой, а потребность в ней есть. Процесс утверждения границы шел несколько лет, и никто не писал, что Москва прихватывала себе то 300 га там, то 200 там. То есть расширение ее шло постоянно, но никто особо не обращал внимания. Всех взволновало, когда она расширилась так, что из космоса заметно.

— Почему расширение будет происходить только в одном направлении. Это правильно?

— Сделать так, чтобы Москвы продолжала расширяться равномерно в разные стороны до бетонки, скажем, — это один из самых пессимистичных сценариев. И если Москва расширится во все стороны до первого бетонного кольца, это точно не приведет к решению никаких проблем — просто их станет больше.

Не случайно руководство города пытается говорить о том, что хотят создать другую структуру, структуру пространственную (не управленческую), мы сейчас о ней говорим. О создании новых центров, создании разных кластеров с разной пространственной структурой. Это не кольцевая структура.

Создать разные точки притяжения — в принципе, это не плохо. Но вопрос в том, что агломерация — это все-таки сотрудничество разных муниципалитетов. В этом смысле муниципалитеты, существующие на территории Московской области, если бы у нас была другая система управления, могли бы объединиться. Один из наиболее активных — это Троицк, может быть, Подольск и Одинцово (они не вошли сейчас в Новую Москву). Они бы могли взаимодействовать с Москвой.

Сейчас логика пошла совсем по другому пути: пути создания абсолютно нового центра на этой территории, которая присоединена к Москве. Это такая тема — «давайте начнем историю с чистого листа». Это можно сравнить со строительством Петербурга, со строительством Астаны в чистом поле. Я думаю, что Астана — это наиболее близкий к нам пример, который не давал кому-то спать спокойно: почему там получилось, а у нас не получится.

Решить московские проблемы это может только в очень маленькой степени. Это решает определенные политические задачи, экономические — крупных землевладельцев, крупных застройщиков.

— Застройщики выиграют?

— Пришло понимание, что дешевых площадок в Москве нет и не будет, то есть любое строительство в Москве сопряжено с массой смежных задач, которые нужно решать: по выводу предприятий, по решению целого комплекса задач, которые просто сейчас решаться не будут, потому что внимание и интерес сосредоточены на новых территориях.

Хотя мы знаем прекрасно, что огромные промышленные территории неэффективно используются в Москве, часто находятся в полузаброшенном состоянии. А их потенциал развития огромен. Их совокупный потенциал гораздо больше на территории Москвы, чем у того куска, который присоединен к Москве.

Но для их развития необходима определенная последовательность действий, связанная с решением проблем предприятий, расположенных на этих территориях. Предприятия имеют разную форму собственности и, кстати, там зачастую довольно большая доля государства. И государство — как один из собственников этих предприятий — должно принимать какие-то решения по их выводу.

— Вы считаете, что говорить о столичной агломерации преждевременно или какие-то признаки уже проявляются?

— Необходима фиксация и анализ трудовой маятниковой миграции ежедневной или еженедельной. Безусловно, агломерация есть. Она в том числе охватывает именно южные, юго-восточные направления Московской области, безусловно. Больше, чем в северном направлении.

То есть агломерация есть, но ни одна проблема московской агломерации решением о расширении Москвы тоже не решается. А проблемы у нее есть: например, связанные с тем, что значительное количество жителей МО работает в Москве и налоги платит по месту работы. И в этом смысле МО недополучает налоговых поступлений. Еще проблема соцобеспечения. У Москвы оно другое. Она очень много дотирует социальных статей .

Я думаю, что московская агломерация растет, причем растет очень интересно. Если предыдущие десятилетия она росла в основном за счет автомобильного транспорта, то сейчас, думаю, будет возврат к железнодорожному транспорту. Электрички стали развиваться. Это хорошо, но это приведет к росту агломерационного эффекта. То есть люди, живущие не в 20-30 км, в 50 км от Москвы, будут вовлекаться в эту агломерационную воронку.

Мне понравилось, как Дмитрий Медведев, когда впервые об этом заявил [на форуме в Санкт-Петербурге в 2011 году], говорил о создании нового образования, которое назвал столичным округом. Мне показалось в тот момент, что это будет некий новый механизм управления, в том числе связанный с муниципальными функциями развития. У нас же в целом с этим проблема в стране.

Заявление Медведева мне в тот момент очень понравилось, потому что мне показалось, что это наш привет округу Коламбия.

Дмитрий Наринский. Фото с личной страницы Дмитрия Наринского на сайте facebook.

— Мы можем ориентироваться на западный опыт?

—Я считаю, что наши города в принципе нельзя сравнивать с американскими, поэтому они не очень подходят для примера. Да, много говорят о Париже. То есть если сопоставлять Москву с Парижем или Нью-Йорком, то мы ближе к Парижу. Москва реально исторический город с историческим центром и т.д. И в этом смысле у нас с Парижем есть много общего, а с Нью-Йорком — нет.

Я считаю, что сравнивать по численности или по площади — это бессмысленное сравнение. Потому что они не описывают факторов сознания горожан. У нас горожане не управляют городом и этого не предвидится. А начинать надо именно с этого. Когда у нас горожане станут такими же, как жители Нью-Йорка или Парижа, тогда мы сможем применять опыт этих городов. С теми же механизмами управления, тогда можно сравнивать. А иначе все сравнения будут математические.

Словом, Москву сравнивать сложно с другими городами. Но это не значит, что мы должны их игнорировать с точки зрения их профессионального опыта.

Мы общаемся с нашими зарубежными коллегами и понимаем, как они это делают с точки зрения профессиональных приемов, но это делать здесь нельзя, потому что это другая в том числе система управления, другая экономика. То есть для более адекватного сопоставления нельзя вырывать узкие показатели: население, площадь — это не работает. Особенно в строительстве дорог. Не скажешь: давайте возьмем опыт, скажем Китая. Не получится, потому что они выращивают свой опыт, а у нас он не приживется. Здесь что немцу хорошо, то русскому плохо.

Нам обязательно нужно искать свой путь с учетом примеров и другого опыта, но он может быть найден в сочетании разных частей комплексных. Не только механическое строительство новых дорог, новых инженерных коммуникаций. Удачи не будет без изменения механизмов управления, муниципальной экономики и сознания населения.

Я думаю, что-то получится, но не то, что затевается. Получится что-то совсем иное, увидим.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию