16+
Четверг, 25 апреля 2019
  • BRENT $ 74.68 / ₽ 4803
  • RTS1263.97
12 апреля 2019, 06:01 Право

Домашний арест для Калви — следствие решило, что можно

Лента новостей

На самом деле — нужно. Если следовать логике 108-й статьи УПК, которая запрещает заключать под стражу в ходе предварительного следствия

Майкл Калви (слева)  после изменения меры пресечения с содержания под стражей на домашний арест в Басманном суде.
Майкл Калви (слева) после изменения меры пресечения с содержания под стражей на домашний арест в Басманном суде. Фото: Станислав Красильников/ТАСС

Почему-то в обществе сложилось мнение, что предпринимателей по закону нельзя отправить под стражу. Это не так. Можно. Предприниматель — такой же человек, он может кого-нибудь ограбить, убить и так далее. Но есть 108-я статья УПК. Она прямым текстом запрещает арест за мошенничество. Если — это самое важное — оно было совершено в предпринимательской сфере. Дело Калви — это часть четвертая статьи 159 «Мошенничество в особо крупном размере». И об этой статье Уголовно-процессуальный кодекс как раз и говорит: если предпринимательство, то не сажать в тюрьму во время следствия.

Эту меру специально ввели, чтобы не разрушать бизнес, не уничтожать рабочие места. Тем более предпринимательские дела часто вообще не доходят до суда, разваливаясь на стадии следствия. Но все эти аргументы не помешали продержать инвестора почти два месяца в СИЗО.

И это далеко не единственный случай. О том, почему запрет на арест работает не всегда, рассуждает управляющий партнер адвокатского бюро «ЗКС» Денис Саушкин.

Денис Саушкин управляющий партнер адвокатского бюро «ЗКС» «Какой бы ни был хороший закон, практика его применения все равно сведет на нет любые благие порывы. В свое время изменения в статью 108 УПК внесли с тем, чтобы в спорах между предпринимателями не использовалась дубинка СИЗО. Но практика обошла этот запрет. Следователи просто не признают деятельность предпринимательской. И сколько Верховный суд ни разъясняет, что бизнесмена нельзя арестовывать, а воз и ныне там — арестовывают и будут это продолжать. До тех пор пока Верховный суд в порядке судебного надзора не станет отменять пачками подобные решения об аресте, будут арестовывать и учредителей, и генеральных директоров, и иных менеджеров. А в России по-другому не работает».

В случае с Калви дело доходило до абсурда. Еще в 1990-е годы он приехал в Россию, чтобы вкладывать средства в наши компании. Причем не только в финансовый сектор, где можно получить быструю прибыль, но и в реальный сектор. А когда появилось уголовное дело, то следствие заявило, что он ведь может уехать из России, он же гражданин США, и почему-то не упомянуло, что он как раз-таки приехал. Более того, у него, скорее всего, была возможность скрыться, но он этого не сделал. И даже за решеткой (может быть, это просто красивый жест, но тем не менее) призывал иностранцев инвестировать в Россию.

Здесь стоит вспомнить о десятках банкиров, которых почему-то не арестовали, дали вывести деньги за рубеж и самим спокойно уехать. Только после этого возбудили дела и арестовали уже заочно.

Мы не будем сейчас подробно обсуждать саму сделку, которая легла в основу дела Майкла Калви. Возможно, бизнесмен виноват, возможно, нет. Но во всем цивилизованном мире есть практика — не арестовывать за предпринимательскую деятельность, пока идет следствие. А дальше решает суд, напоминает бизнес-омбудсмен Борис Титов.

Борис ТитовБорис Титов уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей «Да, иногда предпринимателей задерживают, они какое-то время могут провести под стражей, потому что в этот момент там определяются основные параметры сделки, в чем формулируется обвинение, все контакты фиксируются, чтобы они не могли ничего исправить, вывести какие-то активы, деньги перевести. В общем, какое-то время они проводят, но это буквально недели или месяц, и потом их отпускают под залог. Мы помним, что даже очень крупные предприниматели, которые в конце получали в Америке даже пожизненное заключение, но они все равно до суда находились под залогом».

Суть дела Калви в том, что его фонд Baring Vostok как акционер банка «Восточный» простил долг коллекторской компании на 2,5 млрд рублей. Взамен получил ее акции. Следствие считает, что был причинен ущерб.

Повторимся, возможно, мошенничество и было. Но и предпринимательская деятельность явно налицо. Хотя следователям достаточно сказать: нет — это не предпринимательская деятельность. И суд согласится. Но самое примечательное — это аргументы следствия, которое само попросило отправить инвестора домой. У него и дети на иждивении, и он вкладывает деньги в Россию. И вообще, у него здесь глубокие социальные связи и столько персон за него поручились.

И ни слова о той самой статье 108 УПК.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию