16+
Четверг, 16 июля 2020
  • BRENT $ 43.08 / ₽ 3058
  • RTS1219.26
26 июня 2020, 13:25 Недвижимость

Армен Миракян: «Мы любое здание можем разделить на блоки и собрать как конструктор LEGO»

Лента новостей

Каковы возможности и особенности модульного строительства и почему Россия не следует общемировому тренду

Армен Миракян.
Армен Миракян. Фото: «Прозрачный мир»

Если составлять список героев коронавирусной поры, безоговорочное первое место в нем с большим отрывом займут медики. А вот второе, наверное, строители и специалисты в области быстровозводимых зданий. Британское бюро Waugh Thistleton Architects, американская студия дизайна и архитектуры M-Rad, итальянское бюро Carlo Ratti Associati и архитектор Итало Рота, бостонский архитектор Эрик Хевелер и команда Гарвардской высшей школы дизайна, американская компания Core Composites, основная специализация которой — укрытия для военных, филиппинское бюро WTA Design... Их очень много, тех, кто внес свой вклад в борьбу с пандемией, разрабатывая и создавая временные больничные сооружения, медицинские модули, передвижные центры вакцинации…

Коронавирус, конечно, стимулировал модульное строительство, но породил его все-таки не он: внимание к этому сегменту в мире всегда было велико — и в Европе, и в Америке, и в Азии. А в России… В России, по сути, настоящим модульным строительством занимается пара структур. Одна из них — группа компаний «Прозрачный мир», которая сегодня возводит инфекционную больницу в Тулуне, пострадавшем от чудовищного наводнения летом 2019 года. Беседа с основателем и генеральным директором «Прозрачного мира» Арменом Миракяном — попытка разобраться, что сейчас происходит в Тулуне, каковы вообще возможности и особенности модульного строительства и почему наша страна не следует общемировому тренду.

Тулун — трагедия национального масштаба: десятки населенных пунктов, попавших в зону затопления, человеческие жертвы, разрушенная инфраструктура... А что сейчас происходит в Тулуне? Как идет строительство инфекционной больницы, как Вы в целом оцениваете ситуацию?

Армен Миракян: Строительство инфекционного отделения на 28 коек — благотворительный проект, направленный на поддержку населения Тулуна, пострадавшего в июне 2019 года от наводнения. Сбербанк оперативно отреагировал на ситуацию, разработав комплексную программу помощи пострадавшим. Один из ключевых элементов этой программы — строительство больницы, в которой остро нуждается город. Финансирование строительства инфекционного отделения больницы — это вклад Сбербанка в сохранение здоровья и спасение жизней жителей Тулуна.

Изначально было принято решение вести работы модульным способом: прежде всего, потому, что он позволяет сократить сроки выполнения работ на 20–50%. Получается, спроектировать и построить инфекционное отделение мы сможем за год. На данный момент работы по фундаменту и наружным инженерным сетям практически выполнены и находятся на этапе завершения, на объект уже доставлено около 50 модулей — идет их установка и соединение друг с другом. А вообще, на этот объект площадью чуть более 5000 квадратных метров потребуется 116 модулей.

Фото: «Прозрачный мир»
Сроки — единственная причина, по которой в Тулуне решено использовать модульный способ? Или у него есть еще какие-то преимущества?
Армен Миракян: Конечно, сроки — это первый и основной, но далеко не единственный наш козырь. Второе преимущество — отсутствие шума, грязи и прочих вещей, с которыми обычно ассоциируется стройплощадка. Третье — строго установленные и строго соблюдаемые сроки изготовления самих конструкций: они ведь делаются на заводе. Четвертое — все работы по производству ведутся в теплых цехах под контролем высококвалифицированных специалистов, поэтому отсутствуют риски, связанные с участием в процессе неквалифицированной рабочей силы. Пятое — энергоэффективность и сейсмоустойчивость модулей…
Хватит-хватит, а то я вообще перестану понимать, почему мы не строим исключительно модульным способом. Но вот вопрос: цена — она ниже, выше или такая же, как при обычном капитальном строительстве?
Армен Миракян: Скажу так: цена может быть как ниже процентов на 20, так и выше процентов на 10, чем стоимость классического строительства. Все зависит от того, на какое расстояние мы транспортируем модули. Кстати, хочу отметить, что больница в Тулуне — один из редких проектов, когда мы отправляем модули с нашего производства в Твери так далеко, более чем за пять тысяч километров. Ни в Европе, ни в США подобного «размаха» в помине нет. Конечно, модульные конструкции поставляются по всему миру, но в основном морем, мы же везем автомобильным транспортом — случай, и правда, уникальный.
Как бы Вы вообще оценили место, роль, значимость модульного строительства в мире и конкретно в России?
Армен Миракян: В мире модульное строительство сейчас переживает очередной бум, хотя развитие сегмента в каждой стране идет по-своему. Скажем, в странах Скандинавии, где световой день, мягко говоря, не длинный, застройщикам просто удобно работать именно с модульными конструкциями. В Японии ситуация вообще не рядовая: там нет института СНиПов и прочих строительных норм, его заменяют специальные организации, которые проверяют качество работ, и модульные конструкции получили у них весьма высокую оценку. Ну а законодателем мод в сегменте является Соединенное Королевство — одна из наиболее развитых в части модульного строительства стран, где работает около 300 специализированных компаний. И, согласно экспертным оценкам, модульное строительство может занять до 10% мирового строительного рынка.
А у нас?
Армен Миракян: А у нас рынок пока абсолютно не сформирован, не готов. Да что там, отрасли такой просто нет! Все, кто говорят «модульное строительство», в основном имеют в виду блок-контейнеры. В данном случае их особенность заключается в том, что они регулируются и нормируются СНиПом «Временные здания и сооружения». Мы же выполняем капитальные здания из климатизированных блоков. То есть, по сути, мы любое здание можем разделить на блоки разной конфигурации, произвести их у себя в цеху и собрать как конструктор LEGO на объекте.
Прямо все что угодно можно построить? Или есть сегменты, которые к модульному строительству особо благосклонны? Вот скоро у нас обещают объявить конкурс на получение грантов, в частности для строительства отелей в зонах, прилегающих к особо охраняемым природным территориям. До 70% стоимости вроде бы готовы компенсировать. Вы могли бы поучаствовать?
Армен Миракян: Да, мы могли бы подключиться к этому процессу. Более того, отели являются наиболее востребованным сегментом в модульном типе строительства. В принципе, все модульное строительство можно разделить на два типа: 2D-панели — проще говоря, готовые стены, которые доставляются на объект и там монтируются, и 3D-модули, которыми мы и занимаемся, — блоки, степень готовности которых от 70 до 85%. Соответственно, для нашей технологии требуется больше закрытых, скажем так, полностью автономных пространств, таких как санузлы, гостиничные номера и так далее. Так что отели стопроцентно наш сегмент, и крупные отельные сети, например Marriott, уже в основном переходят на модульное строительство. Это дает им возможность максимально быстро отбить свои вложения: обычная стройка — это три года, а тут — всего один.
Любите, стало быть, отели...
Армен Миракян: Мы любим сложные инженерные и высокотехнологичные объекты. Например, объекты железнодорожной инфраструктуры, медицинские объекты. Именно при их возведении проявляется вся прелесть модульных конструкций.
И ни климат, ни сейсмика вам не помеха?
Армен Миракян: Абсолютно! Скажу больше: по сравнению с традиционными наши конструкции более сейсмоустойчивы и выдерживают 9 баллов включительно. К тому же они энергоэффективны (класс А++) — это если говорить о тепловых характеристиках. А так как мы их изготавливаем сами, то сами можем регулировать толщину утеплителя стен, в зависимости от климата того или иного региона.
Ладно, быстро, надежно, устойчиво, энергоэффективно… А красиво? Модульное строительство и архитектура — это вообще сочетаемые вещи?
Армен Миракян: Тут мы ничем не отличаемся от капитального строительства и ничем ему не уступаем. После того как модули установлены и соединены друг с другом, мы делаем фасад — вентилируемый, штукатурный, да какой угодно. В качестве примера могу привести железнодорожный вокзал в Сосногорске: это узловая железнодорожная станция в Республике Коми и первый в мире железнодорожный модульный вокзал! Вокзал сделан в классическом стиле, и если вы посмотрите на него как снаружи, так и изнутри, вы никогда в жизни не поймете, что он был построен модульным способом.
Единственное ограничение — это габариты при транспортировке. Максимально большие готовые модули, которые мы транспортировали, были шириной 5,4 м, высотой 4,1 м, длиной 18 м. На транспортировку негабаритных модулей требуется оформление разрешений и сопровождение ГИБДД. Это влияет и на стоимость, и на сроки перевозки.
Ну да, а производство-то у вас в Твери... Кстати, почему в Твери? И почему «Прозрачный мир»?
Армен Миракян: В Твери мы обосновались по двум причинам. Первая — удобное расположение между двух столиц: хорошая транспортная доступность в сторону Петербурга и далее с выходом к морским путям, ну и до Москвы 160 километров. Также в Твери находится река Волга, что позволяет использовать перевозку водным видом транспорта. А во вторых… Просто так получилось: долго искали, разные регионы смотрели, но понравилось именно то производство, где мы в итоге обосновались. Кстати, оказывается, в советское время здесь изготавливали блочно-модульные конструкции, но из бетона. А «Прозрачный мир», потому что свою деятельность мы начинали лет 15 назад и в основном занимались стеклом и стеклянными конструкциями. По мере развития у нас появились и общестроительные работы, и генподряды, и производство модульных конструкций, но название все-таки решили оставить первоначальное.
И что, за 15 лет работы много у вас появилось конкурентов?
Армен Миракян: По модульному строительству не знаю, к счастью или, к сожалению, конкурентов мало. Но надо признаться, заказов тоже немного: все заказы, которые сейчас появляются, они не системные. Есть поручение сделать что-то очень быстро — начинают искать, находят данную технологию и тогда обращаются. На сегодняшний день, по крайней мере, мне известны две компании, которые умеют делать модули, одна из них наша. А по капитальной технологии с возведением зданий до 12 этажей мы единственные в России. Если говорить об объемах производства, мы можем ежегодно изготавливать порядка 40 тысяч квадратных метров, и поставлена задача за два года дойти до уровня 100 тысяч квадратных метров в год. Но одни мы этого сделать не сможем — нам нужны заказчики.
Например, крупные девелоперские структуры, которые занимаются комплексным освоением территорий и которым необходимо, помимо жилья, строить много чего еще, да?
Армен Миракян: Конечно! Для любого покупателя жилья важно, чтобы, кроме его дома, была готовая инфраструктура — школа, детский садик и так далее. Это как раз то, что мы можем сделать очень быстро, буквально за 6 месяцев. Девелоперы будут строить свои дома, а покупатели, приезжая на объект, будут видеть: инфраструктура уже готова, благодаря чему привлекательность проекта, мне кажется, заметно возрастет. Мы очень надеемся, что в итоге отрасль модульного строительства, именно как отрасль, будет сформирована и ее развитие приведет к автоматизации: уверен, рано или поздно процесс будет полностью роботизирован и сборка строительных модулей будет похожа на современную сборку автомобилей.
Все верно, но одними только заказчиками вы же отрасль не создадите…
Армен Миракян: Безусловно, необходим комплексный подход. Например, сейчас при прохождении сметной экспертизы мы сталкиваемся с тем, что нет такого понятия, как стоимость модульного здания. Ведь, по сути, мы не занимаемся капитальным строительством — мы продаем здания. Кстати, еще о преимуществах: каждый модуль изготавливается в заводских условиях, каждый имеет свой паспорт и, соответственно, может продаваться в лизинг. И еще: всем известно, что банки неохотно кредитуют строителей, уж простите, а в данном случае мы выступаем не строителями, а производителями, у которых девелоперы приобретают готовые объекты. В то же время отмечу: при строительстве одни финансово-кредитные расчеты, а мы потребуем аванс в размере, скажем, 50%, потому что нам надо запустить производство, сделать модули. Зато мы все сделаем за короткий срок, что в целом даст экономию на кредитовании около 5%.
А от государства хотите каких-нибудь законодательных инициатив или поощрительных мер?
Армен Миракян: Знаете, в 2008 году Российская Федерация являлась основным заказчиком по федеральной программе «Здоровье»: на тот момент это был (да и сейчас, наверное, остается) один из самых крупных заказов. Было построено, если не ошибаюсь, 13 или 14 медицинских центров, и все модули были изготовлены в Германии и других странах, на внутреннем рынке ничего не было ни заказано, ни сделано. Но мы с нашими немецкими партнерами решили локализовать производство именно в России и уже можем похвалиться реализованными проектами. Помощь государства мы ощущаем, например через Фонд развития промышленности Тверской области. Они, надо сказать, часто выступают с инициативами. В частности, они готовы поучаствовать в покупке оборудования — это как раз о сварных роботах и вообще роботизации, о которой мы с вами говорили. Причем условия достаточно льготные: 1% в год, еще примерно 2% банковская гарантия, итого 3% — и они готовы выделить финансирование. Так что хотим и законодательных инициатив, и поощрительных мер. Но пока государство к нам только присматривается.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию