Московскую Хельсинкскую группу хотят ликвидировать по суду. Комментарий Георгия Бовта

Скажется ли как-то возможная ликвидация Московской Хельсинкской группы на состоянии правозащитного движения в России?

Руководство Московской Хельсинкской группы получило от Минюста иск о ликвидации после проверки, проведенной по требованию прокуратуры. Основная претензия заключается в том, что МХГ — это прежде всего московская региональная организация, поэтому должна работать только в пределах Москвы.

А ведь всего пять лет назад президент Владимир Путин лично приезжал домой к многолетней руководительнице Московской Хельсинкской группы Людмиле Алексеевой, чтобы поздравить ее с 90-летним юбилеем. И в общем из опыта их периодического, хотя нечастого общения можно было представить, что Путин испытывал к ней определенное уважение. Не как к другу и соратнику, конечно, но тем не менее. Алексеева тогда сказала, что была приятно поражена визитом президента, угостила его шампанским и пирожными-трубочками, которые испекла сама с помощницей и которые глава государства взял «сухим пайком» в дорогу. Он был у нее по пути в Йошкар-Олу. Путин подарил ей букет, декоративную тарелку ручной работы с петербургского фарфорового завода с изображением ее альма-матер — МГУ имени Ломоносова, а также — явно с каким-то намеком — гравюру с видом крымской Евпатории. Алексеева обещала повесить ее в гостиной. Пирожные Путин забыл, но потом за ними вернулся человек из ФСО и забрал.

А за пять лет до этого Алексеева стала членом СПЧ при президенте, выйдя вскоре оттуда не по политическим причинам, а потому, что ей надоели «склоки, интриги и грязь» при отборе кандидатов на вакантные места в СПЧ. В октябре 2015-го она, однако, согласилась вернуться. И президент подписал соответствующий указ. Когда Алексеева умерла в 2018-м, он лично приезжал на ее похороны.

Московская Хельсинкская группа была образована в 1976 году на квартире у академика Андрея Сахарова, на тот момент уже лауреата Нобелевской премии мира. Хельсинкская — потому что ставила задачей содействие выполнению Хельсинкского акта 1975 года. И на словах советское руководство было не против того, чтобы следить за его выполнением, в том числе гуманитарной составляющей — так называемой пятой корзины. В СССР группу формально не запрещали, просто преследовали ее отдельных членов.

В первый состав МХГ входили, помимо Алексеевой, такие правозащитники, как Елена Боннэр, Анатолий Щаранский, Виталий Рубин, Анатолий Марченко, Александр Гинзбург, Петр Григоренко. Когда в Омском суде в 1976 году представители группы участвовали в слушаниях по делу главы движения крымских татар за возвращение в Крым Мустафы Джемилева, Боннэр грубо вытолкали из зала суда, за что академик Сахаров дал пощечину милиционеру. Сейчас его бы за это посадили, наверное, лет на пять.

Прессинг со стороны КГБ был жесткий. Первого руководителя группы физика Юрия Орлова упекли на семь лет за «антисоветскую агитацию и пропаганду». В 1986-м, накануне встречи Горбачева и Рейгана в Рейкьявике, его освободили, выслали из страны, лишив гражданства и обменяв на арестованного в США советского разведчика Геннадия Захарова. Помимо Орлова арестам подвергались и другие. Алексееву, Григоренко и Рубина вынудили эмигрировать в США. В общей сложности по приговорам советских судов все члены МХГ, вместе взятые, должны были отбыть более 60 лет лагерей и 40 лет ссылок. В сентябре 1982 года группа, от которой в СССР остались только трое, прекратила деятельность, возобновив работу лишь в 1989 году во время перестройки.

В постсоветские годы МХГ продолжала классическую, в чем-то, наверное, даже «рафинированную» правозащитную деятельность во вполне конструктивном по отношению к властям ключе. Она не призывала к насильственному свержению конституционного строя. Более того, подчиняясь законам об иноагентах, хотя критикуя их, полностью отказалась от иностранного финансирования. Это было оценено по достоинству, и в 2015 году, например, МХГ получила на свою деятельность гранты из средств российского федерального бюджета. При этом МХГ занималась не только правами человека в России. Так, в 2003 году она выступила против вторжения США в Ирак. В 2009-м стала первой российской НКО, кто открыто выступил в поддержку секс-меньшинств. Тогда эта тема была совсем не на слуху.

После отказа от западных грантов и прекращения поддержки из госбюджета МХГ пыталась было апеллировать к простым гражданам за пожертвованиями, но много денег никогда не собирала. Деятельность группы стала затухать, но полностью не прекращалась.

После начала СВО группа выступила с заявлением, содержавшим ее осуждение, но в корректных тонах, призвав к миру. В течение года тема СВО все же не была доминирующей в ее материалах, словно она старалась осторожно избегать наиболее острых ее эпизодов, чтобы не нарываться. Не помогло. При этом МХГ не была признана иноагентом, против нее в последнее время не возбуждали и административных дел. В правозащитной деятельности она была заметна куда меньше, чем тот же «Мемориал», который был сначала признан иноагентом, а в начале 2021 года ликвидирован по суду. И уже точно МХГ была менее политизированной.

Повод, который сейчас использует Минюст, чтобы прекратить работу группы, выглядит странным. Дескать, группа региональная, а что-то там делала за пределами Москвы. Но она всегда что-то делала за пределами Москвы и даже России. Видимо, других поводов просто не нашлось.

Скажется ли как-то возможная ликвидация Московской Хельсинкской группы на состоянии правозащитного движения в России? На этот вопрос можно ответить примерно так: уже нет. Оно скорее мертво, чем живо. Зато в самом судебном иске есть определенный символизм. В МХГ получили извещение о заявлении Минюста в суд как раз в День работников органов безопасности. Такой вот «подарок» к празднику. Почти полувековое противостояние с органами заканчивается победой одной из сторон за явным преимуществом.