Более 200 тысяч малых и средних компаний закрылось в России в первом квартале

CEO компании NappyClub Роман Квиникадзе:

«Со своей стороны и по сообщениям коллег, тон один и тот же — снижение выручки, налоговая нагрузка, капитал остается недоступным. Те, кто торгуют на маркетплейсах, ищут все варианты, чтобы оттуда выйти, при этом сохранив какие-то объемы продаж для поддержания общей выручки. Весь 2025 год мы находились под сильным прессингом супердорогого капитала, и каждый квартал повышение комиссии на маркетплейсах. В 2026 году мы трансформируем бизнес очень сильно. Колоссальное снижение расходов на маркетинг, людей, операционные расходы, трансформация в цифровые направления, перестройка собственного канала продаж в виде сайта. Давно этим занимались, но в какой-то момент он сильно начал конкурировать с маркетплейсами, а сейчас снова нужно этим заниматься, создавать нишевый магазин для нашей аудитории. Для нас сейчас критичнее всего стабильные, дешевые, долгие деньги, плюс должна быть какая-то политика со стороны государства, которое защищает российский бизнес от международного. Практически все китайские производители в любом случае более конкурентоспособны. Буквально вчера общались с другом, который занимается проектированием и созданием систем промышленной водоочистки на крупных предприятиях. Они говорят, что такого у них давно не было. И платежи, и снижение объема заказов, то есть они одни из крупнейших игроков на рынке. Это даже не торговли, не общепит».

Гендиректор Finn Flare Ксения Рясова:

«Больше всего нас беспокоят неадекватные арендодатели. Сейчас воюем в Ярославле. Как такое может быть, чтобы мы платили аренду 100% от выручки? Я даже не знаю, государство должно в это вмешаться, потому что по договору мы должны платить деньги, но это больше, чем выручка за месяц работы. Чем платить налоги, поставщикам, зарплату. Закрываем низкооборачиваемые магазины. Очень сильно оптимизировали штат в офис. Сейчас у нас по минимуму людей».

Управляющий партнер компании «Фортфуд» Михаил Бодухин:

— Залог нашего успеха — это то, что мы не меняли цены по всем видам товара. Среднее повышение было в марте 2025 года. В 2023 году мы поставили себе задачу вернуть все кредиты и работали на увеличение собственных средств. Сейчас практически все кредиты мы отдали, и, соответственно, кредитная и процентная нагрузка у нас сейчас минимальна. Мы изменили технологии, инвестировали в производственную логистику, в автоматизацию, немножко сократили количество людей. При этом увеличился объем производства. Это дало нам возможность не повышать цену. Сыграло ключевую роль в том, что сейчас у нас объем производства не падает, а немного, но растет. Мы расширяем нашу клиентскую базу, потому что, видимо, таких производств немного, которые не меняли за это время цены, но, по наблюдениям за коллегами по рынку, многие или действительно оптимизируют, или закрывают бизнес.

— Если мы говорим про общепит, сейчас летний сезон.

— Насколько я вижу, идет некоторое снижение спроса со стороны высокого ценового сегмента и среднего, а нижние, то, что мы называем фастфудом, если не растет, то, по крайней мере, не снижается. Раньше на каждую закрытую точку появлялись три новых, сейчас на каждую закрытую появляется еще одна открытая.