Врачам московских поликлиник запретят совмещать работу в государственных и частных клиниках

Государственные врачи должны будут трудиться на полную ставку пять дней в неделю, что исключает формат совместительства. Таким образом город пытается увеличить число участковых терапевтов, которых не хватает

Врачи, работающие в госполиклиниках, должны будут трудиться на полную ставку пять дней в неделю, поэтому подрабатывать в частной медицине не получится. Об этом в интервью РБК заявила вице-мэр столицы Анастасия Ракова. Таким образом столичное здравоохранение пытается вернуть участковых терапевтов.

По ее словам, такой терапевт должен стать персональным врачом, постоянно сопровождающим пациента и несущим ответственность за его здоровье. Нагрузка на медработников будет пересмотрена, а количество пациентов на одного врача будет «адекватным» — не 500 человек на одного врача, но и не четыре тысячи. Власти Москвы намерены к концу лета завершить переход на новую систему с перераспределением участков, пятидневкой для врачей и достойной оплатой труда.

По словам Раковой, город не ставит целью вытеснить частную медицину. Так ли это и как к инициативе относятся сами частные клиники? Говорит главврач клиники «К+31» на Лобачевского Марина Анисимова:

Марина Анисимова главврач клиники «К+31» на Лобачевского «Если говорить в рамках амбулаторной помощи, то, конечно, выбор пациента чаще в сторону частной клиники в силу доступности медицинской помощи. То есть в частной клинике гораздо быстрее, проще попасть на прием к узкому специалисту. Можно одним приходом в клинику выполнить достаточно большой спектр обследований. Если говорить о стационарной помощи, в частности высокотехнологичной, то здесь, конечно, люди часто обращаются к государственной медицине, по крайней мере, если мы говорим о Москве, там она более доступна финансово. Когда мы говорим о частной клинике, то такая помощь всегда сопряжена с определенными финансовыми вложениями. И, как мы понимаем, она не зря называется высокотехнологичной, дешево стоить она не может. Поэтому если говорить о стационарной части, то стационарная часть более доступна в городе. По-моему, минус будет один: есть достаточно редкие узкие специалисты, к которым очень сложно попасть в рамках ОМС. Для специалиста, если он хочет совмещать и смотреть больше пациентов, тоже плюс».

Как считает заместитель директора Высшей школы госуправления Президентской академии Давид Мелик-Гусейнов, при грамотном подходе такие изменения приведут медицинскую систему в равновесие:

Давид Мелик-Гусейнов заместитель директора Высшей школы госуправления Президентской академии «Не думаю, что будет дефицит либо в одном, либо в другом секторе здравоохранения. Но такое решение позволит отчасти и повысить финансовое обеспечение медицинских специалистов в государственной системе. То есть не будет полставочников, четвертьставочников, которые отвлекают на себя ресурсы, и эти возможности финансовые будут переаллоцированы тем, кто работает на ставку и более. Частный сектор уже сложился в крупных городах. Этот рынок уже достаточно зрелый и перезрелый. Сейчас мы видим, как идет сокращение, снижение числа лечебных организаций частной формы собственности, потому что программы ДМС снизили свои объемы и потому что люди так или иначе экономят на своем здоровье и чаще обращаются в государственную систему здравоохранения. Кстати, в Москве госсектор достаточно хорошо развит технологически и сервисно. Поэтому не думаю, что будет дефицит специалистов в частном секторе. Какая-то стабилизация наступит. Государственный сектор от этого выиграет больше, потому что даст возможности для своих медицинских специалистов больше, чем на сегодняшний день. У любого решения есть как свои плюсы, так и свои минусы. Я уверен, что минусы лежат больше в коммуникационной плоскости. Здесь, как говорится, нельзя делать что-то и не объяснить профессиональному сообществу, для чего это делается».

При этом российская медицина по-прежнему испытывает нехватку врачей: в прошлом году в отрасль пришли 7,8 тысячи новых специалистов, но дефицит сохраняется. В Минздраве рассчитывают закрыть около 95% потребности в кадрах только к 2030 году.