«Честно говоря, такие темпы роста цен на бензин и дизель мы не видели многие годы. Даже в статистике Росстата не очень легко найти сопоставимые эпизоды. Поэтому, конечно, топливо есть в логистических издержках. По оценкам, это примерно 10% себестоимости товаров. И в последние две недели мы увидели, как рост топливных цен просачивается в более повышенные темпы роста непродовольственных и продовольственных товаров. Услуги у нас и так в основном в лидерах держались, и это тоже видно в июньских данных, но, по-видимому, в июле мы увидим подпортившуюся статистику и в продовольственных, и непродовольственных товарах, которые в целом себя гораздо лучше вели в предыдущие месяцы. В целом в потребительской корзине 5% — это просто прямые расходы на ежедневные покупки обычных потребителей на топливо, но и, по оценкам экономистов, где-то 10% в стоимости каждого товара в среднем — понятно, что где-то больше, где-то меньше, — это логистические издержки. Какие-то товары ездят по железной дороге, какие-то ездят по автодороге. За последнее время мы увидели, что в России логистика сместилась как раз в автотранспорт. А значит, действительно, топливо, дизель для логистики более важны. Но мы видим, что дизель сейчас не отстает от бензина, хотя он более доступен и рынок здесь более насыщен. Но что делать — одно топливо растет, второе тоже подтягивается, ведь издержки у нефтепереработчиков перемещаются».

«Инфляционная картина продолжает развиваться вокруг топлива и топливного кризиса. Рост цен на бензин опять выше прошлой недели, и главное, что и перспективы не ясны. Много информации о том, что проблемы распространяются, в том числе в российских регионах. И, по-видимому, купировать ситуацию быстро не получится, а это значит, что мы должны быть готовы к продолжению повышенной динамики цен, может быть, даже в ближайшие месяцы, а не только недели. И видно по данным, что топливная ситуация постепенно начинает проникать и в цены других товаров. В отличие от большей части июня, последние две недели видно, как ускоряется рост цен на более такие консервативные, спокойные товары: продовольствие без плодоовощной продукции и непродовольственные товары без бензина. Если на прошлой неделе могли еще говорить о том, что в непродовольствии могла повлиять динамика валютного курса, то сейчас рубль стабилизируется, и мы большую часть этого все-таки относим на эффект топлива. По итогам июня-июля кажется, что не меньше 1% в инфляцию добавит ситуация вокруг топлива. Это не только прямой вклад, потребительские расходы, но и косвенные через эффекты логистики. И самый главный вопрос: как будет на это реагировать Центральный банк? Вопрос неочевидный, потому что ясно, что с дефицитом топлива высокими процентными ставками бороться никак нельзя, скорее только усугублять ситуацию, но это решение остается за регулятором. Не только цены растут, но и урон экономической активности наносится, и поэтому не исключаем все-таки продолжения движения в сторону снижения ставки. Пока в июле нам кажутся более вероятными две опции: либо умеренный шаг на еще четверть процентного пункта, до 14%, как это было в июне, либо же пауза».

«Если так дела пойдут, то июньская инфляция рискует быть самой большой с января, и такой набор высоты сопоставим с топливными проблемами прошлой осени, но только сейчас это ещё и очень типично для начала лета, когда, наоборот, цены обычно замедляются или даже падают. Поэтому сейчас все вокруг топлива, и пока эта проблема не будет устранена, мы хороших цифр не увидим. Получается бензин и дизель сейчас особенно отражаются на инфляции. Тем более что это не только прямой вклад в инфляцию, а на самом деле доля топлива в потребительской корзине не так уж мало, это 5%. Но и топливо идёт, конечно же, на все остальные товары через логистику, ну или даже через какие-то прям соседние товары типа транспорта. Поэтому это всегда очень неприятный насыщенный шок, который нельзя лечить чем-нибудь вроде высоких процентных ставок здесь. Нужны меры по стабилизации, предложения».

«Последние две недели по инфляции оказались достаточно высокими, но наблюдаем пока за этим как за временным явлением. Похожий эпизод был в конце марта, начале апреля. Драйверы сейчас похожие — это топливо и волатильные сезонные овощи. Но надо понимать, что эти повышенные уровни идут за откровенно низкими темпами апреля и мая, то есть те данные, которые приходили после последнего решения ЦБ по ключевой ставке в конце апреля достаточно позитивные, годовая инфляция снижается. В целом по широкому кругу достаточно умеренная картина, то есть снижать ставку можно, инфляция и в целом картины по экономике немножко зависли между небом и землей. С одной стороны, сильно негативная динамика в инвестициях, негативная динамика в корпоративных прибылях. С другой стороны, достаточно устойчивый спрос. Экономика выходит на скорее медленные темпы роста, чем какое-то кризисное замедление, поэтому, видимо, будем продолжать двигаться умеренными шагами в 50 базисных пунктов. Можем дойти в следующую пятницу до 14%. Если говорить о том, что сейчас ожидает рынок и что сейчас ожидают аналитики, сейчас очень широкий консенсус, что будет снижение до 14%. Недавние комментарии от Минека, и от президента про то, что снижать ставку можно — это не попытка давления на ЦБ, а констатация факта, даже при том, что инфляция сейчас последние недели чуть повыше. Надо констатировать, что в России ставка по-прежнему очень высокая, поэтому плавными шагами, но надо вниз».

«По всем метрикам рубль уже давно оторвался в зону очень крепкого. За последние десять лет у нас покупательная способность доллара в России упала в полтора раза. Вот остается только рассуждать: ставим ли мы, что это закономерно, или считаем, что это скорее временный фактор. Мы пока ближе ко второму мнению. Многое зависит от ситуации на нефтяном рынке. Но май — специфический месяц, когда очень высокая экспортная выручка встретила небольшой спрос от Минфина по бюджетному правилу. Кажется, что в июне объем операций Минфина по покупкам валюты должен возрасти втрое. Если это действительно произойдет, то рынок станет чуть более сбалансированным, и мы перестанем двигаться однонаправленно по рублю. Но пока этого остается только ждать и ждать объявления Минфина, они будут только в начале июня. Многие факторы потихонечку капали в сторону того, что спрос на валюту в России оказывается не очень большим. Это и меньший отток капитала, не только сейчас, но и последние несколько лет, это и меньшая популярность иностранных заграничных поездок. Опять же, Эмираты — это всего лишь маленькая капля в этом море, это и в целом низкий импорт, который никак не хочет отскакивать, потому что инвестиционная пауза за счет высоких ставок продолжается. Но тем не менее, когда у вас вдруг внезапно сырьевые цены удвоились и приток сырьевой валюты в страну удвоился, это остается главной темой. И сбалансировать вот такой большой сырьевой приток на настоящий момент может действительно только Минфин со своим бюджетным правилом. Поэтому сейчас все-таки это основная история для нас. В фокусе будет то, что нам будет сообщать Минфин на ближайшие недели. Есть вероятность, что заметно будет меняться ключевая ставка и вообще политика Центробанка по отношению к ключевой ставке. ЦБ нам весь последний год ни словом, ни делом транслирует мысль, что он не очень чувствителен к истории по рублю. Сама инфляция сейчас очень низкая, последние данные низкие, недельная инфляция остается невысокой. Кажется, снижать ставку и снижать. По крайней мере, экономика как есть, рубль как есть оставляют большое пространство для снижения ключа. Так что, на наш взгляд, в июне можно было бы рассматривать снижение ставки и на 50, и на 100 базисных пунктов. Но на рынке, еще раз, после последнего апрельского решения есть те, кто ждут и паузу, и маленький шаг в 25 базисных пунктов. Несмотря ни на что, рубль мало помогает еще и потому, что воспринимается как временный феномен».