Елена Супонина

«Для Нетаньяху ситуация осложнилась. Конечно, ордер международного уголовного суда, это вещь неприятная. Израиль не подписал Римский статут, на основании которого действует Международный уголовный суд, и вообще не признает этого учреждения. Но тем не менее, это накладывает определенные ограничения на поездки тех политиков, которых это касается. И это серьезный имиджевый, морально-этический и дипломатический проигрыш для Израиля. Надо сказать, что израильтяне очень серьезно боролись и сражались даже за то, чтобы такого иска не было. Были пущены в ход все возможности, были задействованы связи Нетаньяху в Соединенных Штатах Америки, но ничего не помогло, мощнейший имиджевый удар по израильскому премьеру все-таки нанесен».

«Несколько вопросов, по которым можно добиться этого прогресса, это как раз вопрос иранской атомной программы. Иранцы после того, как, по сути, потеряли свои ядерные объекты в результате прошлогодних американо-израильских ударов, готовы официально приостановить эту атомную программу. Обсуждают они и возможность вывоза обогащенного урана в третьи страны. Здесь, между прочим, и предложение России может оказаться кстати, чтобы этот обогащенный уран оказался на территории России. Хотя пока американцы согласие на российское предложение не ответили, но оно остается в силе. Вопрос о сроках, насколько приостановить эту программу, может, реально обсуждается, как об этом и говорят некоторые утечки, наверняка намеренные, с переговоров. По каким еще вопросам могут быть достигнуты какие-то договоренности, хотя бы предварительно? Ну, в частности, по постепенному открытию Ормузского пролива и взамен — по частичному снятию санкций с Ирана. Но это будут не глобальные снятия, а скорее разморозка некоторых финансовых средств для Ирана, что тоже может хорошо быть воспринято иранскими переговорщиками, потому что речь идет о десятках, а то и сотнях миллионов долларов. По каким вопросам сложнее договориться? Это иранская ракетная программа и деятельность Ирана в регионе»

«Обращения Ирана в Совет безопасности мало делу поможет, и сейчас для Ирана важно принять решение о том, будут ли они вновь вести переговоры, или нет. Под воздействием силы начинать такие переговоры очень тяжело, однако Дональд Трамп может на этом и не остановиться. Поэтому тяжелые решения в Тегеране должны быть приняты, конечно, но первая реакция скорее всего будет продолжение запросов по чрезвычайному заседанию в Совете безопасности ООН и все-таки возможный ответ снова по объектам Израиля. Если же все-таки в Иране кто-то примет решение о нанесении ударов по объектам американцев в регионе, то тогда это начало и продолжение уже большой войны. Израиль добивался этой атаки, это то, чего хочет премьер министр Биньямин Нетаньяху. Правда, он рассчитывает, что эта единичная, как говорит Трамп, атака перерастет в нечто еще большее, и тогда можно, по мнению Нетаньяху, даже приступать и к более широким планам, которые касаются не только ядерной программы Ирана, но и смены режима и так далее».