16+
Воскресенье, 24 сентября 2017
  • BRENT $ 56.90 / ₽ 3272
  • RTS1123.24
6 апреля 2015, 20:40 Право

Повторный арест в деле Немцова: приоритетной остается версия об убийстве по найму

Лента новостей

В ходе повторного слушания об аресте троих фигурантов стали известны новые подробности. Следствие первоначально считало одним из исполнителей преступления бывшего сотрудника полиции Темирлана Эскерханова

Фигурант по делу об убийстве политика Бориса Немцова Темирлан Эскерханов (в центре) во время повторного рассмотрения ходатайства следствия об аресте в Басманном суде.
Фигурант по делу об убийстве политика Бориса Немцова Темирлан Эскерханов (в центре) во время повторного рассмотрения ходатайства следствия об аресте в Басманном суде. Фото: Михаил Почуев/ТАСС

Басманный суд Москвы 6 апреля повторно санкционировал арест троих предполагаемых пособников убийства Бориса Немцова. Уроженцы Ингушетии Хамзат Бахаев, Темирлан Эскерханов и Шадид Губашев вновь заявили о непричастности к преступлению. На заседании стали известны подробности громкого расследования. Так, выяснилось, что первоначально следствие считало Эскерханова одним из исполнителей убийства. Приоритетной же следствие по-прежнему считает версию об убийстве по найму.

Повторный арест фигурантов стал возможен после того, как 1 апреля Мосгорсуд отменил решение Басманного суда от 8 марта о «коллективном» заключении под стражу троих из пяти обвиняемых. Решение в отношении них было принято за одно заседание. Вышестоящая инстанция предписала избрать меру пресечения каждому по отдельности.

Слушание вновь вызвало ажиотаж. В коридорах суда толпились журналисты российских и зарубежных телеканалов, фоторепортеры и представители печатных СМИ. На этот раз просить суд об аресте пришел не руководитель следственной бригады, следователь по особо важным делам при председателе Следственного комитета Игорь Краснов, а его более молодой коллега Антон Мигунов.

Одни доводы на всех

Мигунов ходатайствовал об аресте всех троих до 28 апреля. И хотя слушание по вопросу об избрании меры пресечения проводилось в отношении каждого обвиняемого индивидуально, аргументы следствия каждый раз повторяли друг друга. Следователь указал, что каждому из фигурантов помимо незаконного оборота оружия (ч.3 ст. 222 УК РФ) было предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления — пособничестве в убийстве (ч.5 ст. 33 и ч.2 ст. 105 УК РФ). Оно предусматривает лишение свободы на срок от 8 до 20 лет, а также вплоть до пожизненного лишения свободы.

Мигунов заявил: находясь на свободе, обвиняемые могут скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, вступить в контакт с другими пока еще неустановленными соучастниками, а также уничтожить доказательства, сбор которых пока еще не завершен. Он упомянул, что причастность Бахаева, Эскерханова и Губашева к убийству подтверждается собранными по делу доказательствами и, в частности, показаниями предполагаемого исполнителя убийства, бывшего заместителя командира батальона «Север» ВВ МВД Чечни Заура Дадаева.

«В настоящее время следственные действия продолжаются. Следствие прилагает усилия, направленные на установление заказчиков и иных соучастников убийства», — сказал он. При этом сыщик подчеркнул: следствие считает «одной из основных версий убийства убийство по найму». «Оснований для избрания иной, более мягкой меры пресечения не имеется», — подчеркнул он. Прокурор просьбу следствия поддержал.

Хамзат Бахаев, чье дело слушалось первым, был не согласен с решением о нахождении в СИЗО. «Я не принимал участия в этом преступлении! Никаких сведений об этом преступлении я тоже не знал», — произнес он на ломаном русском языке. Его защитник Заурбек Садаханов просил оставить своего клиента на свободе, заявив, что доводы следствия бездоказательны. «Признательные показания Дадаева никоим образом ни в одном месте не указывают на причастность Бахаева к преступлению», — сказал он. Юрист назвал аргументы следствия «голословными и не советующими действительности». Он напомнил, что Дадаев хоть и дал признательные показания, но потом отказался от них. 1 апреля на заседании Мосгорсуда он публично заявил, что оговорил себя под давлением следствия.

Защитник просил суд принять во внимание, что Бахаев — отец шестерых детей, один воспитывает их без супруги, с которой находится в разводе. До ареста он проживал в селе Козино Одинцовского района Подмосковья, куда приехал на заработки из станицы Вознесенская (Игушетия). Однако судья Валентина Левашова, пробыв в совещательной комнате около часа, нашла доводы следствия заслуживающими внимания и санкционировала арест обвиняемого до 28 апреля.

Следующий фигурант, бывший сотрудник МВД Шелковского района Чечни Темирлан Эскерханов, также просил оставить его на свободе. У 35-летнего подследственного на иждивении шестеро собственных детей, а кроме того — племянник, которого он взял на воспитание после гибели брата, мать-пенсионерка и беременная жена. Он, как и Бахаев, приехал в столицу, чтобы прокормить семейство. «Я частным водителем работал у одного человека. Еще на стройках разнорабочим. Сам, а также ребят нанимал», — описал он род своих занятий.

Залог, домашний арест и поручительство

Адвокаты Эскерханова сообщили, что родственники готовы внести в качестве залога за него 1 млн рублей. Брат обвиняемого, подполковник МВД в отставке Руслан Эскерханов, лично приехал в суд и готов был стать поручителем. Защитники назвали его «человеком с безупречной репутацией», который 20 лет прослужил в правоохранительных органах, является ветераном боевых действий, а также имеет награды от министра МВД Рашида Нургалиева и ФСБ. В качестве альтернативы нахождению в СИЗО они предложили поместить Эскерханова под домашний арест. Свой трехэтажный дом в поселке Птицефабрика Мытищинского района Подмосковья готов был предоставить для этого Сираждин Исаев. Мужчина признался в беседе с BFM.ru, что не знаком с Эскерхановым, и ему просто «нужны деньги».

Сам Эскерханов приготовил для суда целую речь. Он ее написал заранее и зачитывал по бумажке. Обвиняемый рассказал, что 13 лет прослужил в МВД, «борясь с преступностью и бандформированиями», был ранен и остался без одной почки. Подследственный заверил, что никогда не совершал ничего противозаконного и «в жизни не интересовался политикой». «Фамилию Немцова я услышал 7 марта, когда меня задержали», — заявил он.

Эскерханов убеждал суд, что не собирал о политике информацию, а также не имеет отношения к приобретению оружия и боеприпасов, использовавшихся в убийстве.

«Это абсурд», — так он охарактеризовал выдвинутое обвинение. По словам Эскерханова, из всех фигурантов уголовного дела он был знаком лишь с Зауром Дадаевым, да и того всего лишь два раза видел «мимолетно».

Что же касается остальных, как настаивал Эскерханов, он «понятия не имеет, что это за люди». «Прошу вас не идти на поводу у следствия и общественного мнения. Примите обоснованное решение», — обратился он к судье.

Из исполнителя — в пособники

Адвокат Эскерханова Ольга Голуб, критикуя собранные доказательства, сообщила интересную деталь. Оказывается, первоначально следствие считало, что Эскерханов был одним из исполнителей преступления. По ее словам, в протоколе о задержания говорилось, что он вместе с «Зауром Дадаевым, Анзором Губашевым и другими в составе организованной группы организовал и совершил убийство» политика. А спустя пять дней следствие вменило ему не исполнение убийства, а пособничество. Это произошло после того, как задержанный сообщил, что у него есть алиби: когда Немцова убивали, он был в ночном клубе.

«До сих пор роль Эскерханова не конкретизирована. Следствие пишет, что он собирал информацию о Немцове, должен был принять меры к сокрытию соучастников, но никакой конкретики», — заявила BFM.ru другая защитница обвиняемого Роза Магомедова. Она также подчеркнула, что в своих показаниях Дадаев даже не упоминал Эскерханова. Но и в этом случае судью Валентину Левашову не убедили доводы защиты — она заключила подследственного в СИЗО до 28 апреля. Судья сочла, что «с учетом тяжести предъявленного обвинения он может скрыться от следствия и суда».

Последний фигурант — 30 летний водитель грузовика Шадид Губашев также твердил о своей невиновности. Он был краток. «Я никакого убийства и преступления не совершал. И вообще я никаким образом непричастен к этому», — сказал он. Губашев пояснил, что занимался в Подмосковье частными грузоперевозками, «зарабатывая на хлеб», и у него есть «два хронических заболевания». Впрочем, эти аргументы не подействовали на суд. Губашева снова поместили в СИЗО.

Адвокаты арестованных сообщили, что намерены вновь обжаловать принятые решения в Мосгорсуде. Однако на этот раз шансов на их отмену мало. Уже в 20-х числах апреля Следственный комитет должен будет обратится в Басманный суд с ходатайством о продлении пятерым фигурантам срока ареста. Теперь суд может слушать этот вопрос не индивидуально, а в отношении всех вместе: закон это допускает.

Бывший вице-премьер правительства России, сопредседатель оппозиционной партии РПР-ПАРНАС и депутат Ярославской облдумы Борис Немцов был застрелен в ночь на 28 февраля на Москворецком мосту столицы. Киллер шесть раз выстрелил в политика. СКР считает, что это был Заур Дадаев. Его увез с места преступления на автомобиле ZAZ Chance старший брат Шадида Губашева Анзор.

По данным СМИ, на убийство политика было выделено от 5 млн до 25 млн рублей (представляющий семью погибшего адвокат Вадим Прохоров в понедельник озвучил сумму в размере 15 млн рублей). Об этом сразу же после задержания якобы заявил на допросах Дадаев. Он признался, что убил Немцова даже не из-за денег, а из-за его высказываний об исламе. Имя заказчика пока не установлено. 1 апреля на заседании Мосгорсуда Дадаев заявил, что оговорил себя.

Рекомендуем:

  • Фотоистории