16+
Вторник, 18 июня 2019
  • BRENT $ 60.97 / ₽ 3922
  • RTS1340.90
7 июня 2019, 19:57 Финансы
Спецпроект: ПМЭФ-2019

Михаил Задорнов: «В стране остро не хватает активов, куда может инвестировать более-менее широкий инвестор»

Лента новостей

Задорнов считает, что будущая продажа банка «Открытие» — «это, по сути, IPO» для «широкого круга как корпоративных, так и физических лиц — инвесторов»

Михаил Задорнов.
Михаил Задорнов. Фото: Стоян Васев/ТАСС

Председатель правления банка «Открытие» Михаил Задорнов рассказал главному редактору Business FM Илье Копелевичу о том, что деньги имеются, но темп инвестиций недостаточный, что «пузыря» на рынке кредитования нет, а есть потребительский бум, и о возвращении средств иностранных инвесторов на российский рынок.

В студии Business FM Михаил Задорнов, председатель правления банка «Открытие». На форуме госпожа Набиуллина заявила, что ЦБ как собственник в данный момент готовит «Открытие» к продаже, что, естественно, взбудоражило всех. Причем к этой продаже можно прийти уже через два года. Расскажите, что это значит в данный момент.
Михаил Задорнов: Во-первых, это совсем не является новостью. Это часть стратегии банка группы «Открытие», которая была утверждена еще в мае прошлого года. Напомню, что эта стратегия предусматривает то, что к концу 2020 года «Открытие» как банк будет иметь где-то около 5% доли рынка в различных сегментах банковского бизнеса. Он должен иметь кредитный портфель порядка 2 трлн рублей, если мы сложим корпоративный малобизнесовый и розничный портфель, 2,6 трлн рублей клиентских средств. И зарабатывать — внимание! — 18% отдачи на капитал, то есть примерно 70 млрд рублей чистой прибыли.
Позвольте, спрошу вас как эксперта: сколько такой банк должен стоить?
Михаил Задорнов: Это будет полностью зависеть от того, насколько санкционный режим, экономическая ситуация в России и в мире в 2021 году сложатся.
Предположим, константа.
Михаил Задорнов: Я думаю, что 1,3 капитала. Это то, что у нас в стратегии записано: 1,3 капитала, если мы продаем 20%, в стратегии именно так, 20%. До 20% продажа. Соответственно, в первой половине 2021 года, то есть через два года, 1,3 капитала — это то, на что мы ориентируемся.
Это какая сумма будет — 1,3 капитала, примерно?
Михаил Задорнов: Это будут, если мы говорим о 20%, десятки миллиардов рублей, которые должны вернуться ЦБ в обмен на те вложения, которые были сделаны в капитал в 2017 году. То есть это десятки и десятки миллиардов.
Михаил Михайлович, конечно, вроде бы не ваше дело заниматься продажей, потому что вы руководите банком, а не продаете его. Продавец — Центральный банк. Но из разговоров практически со всеми банкирами, не то чтобы «Открытие» конкретно обсуждали, это еще до слов Набиуллиной было, и можно было понять, что покупателей-то вроде бы нет. То есть покупатель есть только с большим дисконтом.
Михаил Задорнов: Ничего подобного. Во-первых, продавать действительно будем мы, потому что мы продаем результат работы, продаем, на самом деле, трек-рекорд банка. Мы уже сейчас, соответственно, встречаясь с иностранными банками, российскими физическими лицами, у которых, в принципе, есть деньги и пока не совсем понятно, куда их инвестировать, как раз именно показываем динамику развития нашего бизнеса. Актив приносит ту доходность, о которой я говорю, и темп роста актива достаточно большой. Мы и внутри страны, и вне, я вас уверяю, найдем покупателя на этот актив. Уже трехлетний рекорд понимания темпов роста и, главное, доходность, понимание ее устойчивости. Это необязательно стратег, о чем говорят, что вот не найдется одного покупателя. Нам и не нужен один покупатель. Это, по сути, IPO. Это широкий круг как корпоративных, так и физических лиц — инвесторов. Я вас уверяю, в 2021 году при нормальном ходе дел, даже, как вы сказали, при константе развития событий спрос на это будет. В стране остро не хватает, на самом деле, активов, куда может инвестировать более-менее широкий инвестор. Ведь не секрет, что в банковском секторе в целом, не только в «Открытии», избыточная ликвидность. Не секрет и то, что на счетах предприятия находятся, кстати говоря, сейчас средства, которые исторически превышают необходимый минимум. При этом нет инвестиций. Не то что нет, их явно недостаточно. Поэтому деньги есть. Придется что еще делать всем нам — и правительству, и Центральному банку? Население, традиционно храня деньги либо в банках либо вкладывая их в жилье, в том числе в новостройки, при понижении рублевых ставок вынуждено, и это правильно, искать другие инвестиционные инструменты, куда деньги откладывать. И вот этот рынок ценных бумаг придется переосмыслить, его придется достаточно серьезно институционально развивать с точки зрения его прозрачности, защиты прав миноритариев, увеличения объемов этого рынка, движения банков. Кстати говоря, вот такие истории и могут строить этот новый рынок.
Прецедентно, потому что у нас нет ни одного крупного банка в России, который был бы в традиционном смысле публичным. У нас везде есть контролирующий акционер и миноритарий. А стратегия продажи «Открытия», когда до него дойдет дело? Вот первая часть — 20%, а дальше как будет?
Михаил Задорнов: Дальше пока не обсуждали.
То есть это нерешенный вопрос? А это ведь стратегический момент. Потому что существуют в мире банки, которые в полном смысле публичные, то есть там нет контролирующего акционера, а где есть, — акционерная демократия.
Михаил Задорнов: Это то, что мы будем обсуждать где-то годика через полтора. Эта стратегия будет вырабатываться. Вы абсолютно правы, это очень интересный момент. Но это будем через полтора года обсуждать и решать.
Хорошо. Теперь к текущим делам. Одна из дискуссий на форуме — это угроза «пузыря» на рынке потребительского кредитования, поэтому я вашу точку зрения хотел бы услышать.
Михаил Задорнов: Вы знаете, «пузыря» нет, есть потребительский бум. Действительно, портфели выросли на 22,5% в прошлом году у розничного кредитования. Рост продолжается и в первые четыре месяца текущего года, рост выдачи. Правда, портфели уже растут не так быстро, как в прошлом году, хотя все равно достаточно быстрый рост. Здесь несколько причин. Во-первых, все забывают, что после кризиса 2014-2015 годов люди вообще не кредитовались примерно два года, 2015-й и 2016-й, даже упали портфели кредитные. Поэтому был «период воздержания». После него какой-то компенсирующий рост неизбежен. Второе: в значительной степени этот рост связан с ростом ипотеки. Почему росла ипотека? Тоже две причины. Первое: исторически самые низкие ставки по ипотеке — 9,6% было в октябре — ноябре. Люди понимали, что вслед за девальвацией, повышением ставки ЦБ — народ-то уже грамотный! — будет повышаться и ставка по ипотеке. Она и повысилась. Сегодня ставка по ипотеке в среднем уже на 1% выше, чем она была осенью прошлого года. В преддверии этого люди активно брали ипотечные кредиты. И ясно, что после опять-таки периода какого-то падения или даже, например, нейтрального отсутствия роста цен на жилье цены на него пошли вверх.
Но вместе с ростом ипотеки пошли и…
Михаил Задорнов: Ипотека устойчиво росла три года, даже когда цены не повышались, а рост начался именно в конце прошлого — в начале текущего года. В начале 2019 года, кстати говоря, за первые четыре месяца мы видим данные — в некоторых городах до 10% рост стоимости жилья. Причем прежде всего новостройки.
Но тут два фактора. Это переход на эскроу, и, собственно...
Михаил Задорнов: И это тоже относительно здоровый рост, потому что во многом это рефинансирование существующих кредитов, ипотечных портфелей, тех самых высоких ставок 2015-2016 года и потребительских кредитов. Они не погашаются, а просто растягиваются, может быть, на более длинный срок. Текущая нагрузка человека, его платеж месячный, он, как правило, не только не увеличивается, а сокращается. Да, долг растягивается «вдолгую». Но если человек не потеряет работу, а мне сложно представить в нынешней ситуации с трудовыми ресурсами в России, что будут какие-то серьезные проблемы с безработицей, то, в принципе, человек нормально платит. Банки сейчас уже отсекли все те категории населения, им действительно достаточно тяжело, но постепенно тоже это урегулируется.
А все-таки что с платежами? Я объясню, почему я спрашиваю. Потому что в действительности у нас фиксируется отсутствие динамики. Наверное, у ваших клиентов тоже — в доходах. Причем да, мы пришли к инфляции, которая, очевидно, будет ниже 4%. Соответственно, номинальные доходы, даже номинальные, перестали расти. А вот процентные ставки по кредитам все еще как бы с этим инфляционным следом.
Михаил Задорнов: Нет, во-первых, процентные ставки все-таки снижаются.
Но у нас гэп очень большой...
Михаил Задорнов: Мы, если не будем брать ипотеку, а будем брать потребительские кредиты, карточные, они, конечно, существенно снижаются. Этот тренд абсолютно заметен. Месячный платеж, еще раз, процентные платежи все-таки занимают не столь большую долю. Мы измеряем, например, в нашем банке. Мы измеряем долю месячных расходов на погашение и проценты по кредитам как долю от месячных общих доходов. Так вот, пик 2013-2014 года даже не достигнут. Еще есть, наверное, год-полтора и движение к этому уровню. И, конечно, нельзя говорить про все население. Все-таки кредитуются далеко не все. Мы же выбираем те категории, которые имеют возможность кредиты обслуживать. И сами люди оценивают свои риски. Здесь нельзя мерить категориями всего населения. Те, кто берет кредиты, в принципе, по ним рассчитаться могут. Опять-таки при том, что человек имеет работу и взвешивает свои риски. Ну и, конечно, важно, что сейчас кредитный риск по ипотеке находится на уровне долей процента, то есть 0,2-0,3% в банках-лидерах. Заметно падает просрочка по потребительским кредитам в целом.
Это очень здоровый знак, потому что, когда население платит, значит, оно живет не так плохо.
Михаил Задорнов: Конечно. То есть сейчас доля просрочки именно в корпоративных портфелях в полтора раза выше в среднем по банковской системе, чем просрочка населения, накопленная сейчас. Поэтому это, на самом деле, очень позитивный сигнал.
В целом спрос и предложение денег сейчас какие? Потому что у нас были определенные волны: то банки, так сказать, тормозили с привлечением депозитов и так далее, потому что не было спроса на кредиты, потом наоборот. В какой фазе мы находимся сейчас?
Михаил Задорнов: Сейчас избыток ликвидности в целом в банковской системе. Довольно большой избыток по двум причинам. Даже если говорит про Центральный банк, то сейчас его кредит российской банковской системе совершенно ничтожен. Банки много, наоборот, хранят денег на депозитах в ЦБ и в ценных бумагах в Центральном банке Российской Федерации, потому что население все-таки продолжает увеличивать свои остатки на счетах в банковской системе. Предприятия в банках имеют гораздо больше средств, чем они исторически имели. И бюджет в профиците. Что это значит? Значит, и у региональных бюджетов, прежде всего московского, тюменского, у регионов-доноров и у федерального бюджета или у бюджета-получателя есть тоже избыток денег.
...деньги на счетах.
Михаил Задорнов: Поэтому деньги есть.
Но вы держитесь.
Михаил Задорнов: Инвестиции растут не тем темпом, каким бы хотелось. Они вот именно не идут в инвестиции и на конкретные проекты. С этой точки зрения, кстати говоря, потребительский бум тоже не так странен. Если бы у людей были механизмы инвестирования куда-то и они бы очень четко понимали, что они не только сохранят, но и приумножат свои доходы, тогда, возможно, были бы и какие-то альтернативы. А так у тебя либо опять-таки депозит в банке, либо ты фактически эти деньги потратишь, также в кредит, либо жилье. Нужно дать «длинные деньги», инструменты доходные и более-менее гарантированные для людей, которые увяжут с инвестициями. Но тоже этот проект, знаете, не в проекты века, не в переброску сибирских рек в Среднюю Азию.
Все понятно. Нет, у нас сейчас без этой романтики, в принципе, есть ОФЗ. И рядовой инвестор, мне кажется, и крупные банки имеют этот избыток денег, который не идет ни в какие продуктивные проекты, но он «отсасывается» облигациями федерального займа, другими бумагами. Кстати, наблюдаете ли вы действительно возвращение нерезидентов на этот рынок?
Михаил Задорнов: Конечно. А что здесь наблюдать? Есть баланс Центрального банка.
Помимо текущих цифр еще важен прогноз, ощущения, насколько это надолго, насколько это волатильно, поэтому я в этом смысле спрашиваю.
Михаил Задорнов: Да. Ну, во-первых, очень важно, что все, что с августа по декабрь прошлого года иностранными инвесторами, прежде всего, конечно, американцами, было выведено с российского рынка ценных бумаг и, видимо, из акций, крупнейших российских «голубых фишек», — эти деньги вернулись. Это платежный баланс страны показывает. И по интересу, по спросу как на еврооблигации российские, так и на рублевые активы квазигосударственные и крупнейших компаний видно, безусловно, что есть спрос иностранных инвесторов. Если не будет каких-то потрясений (напомню, что через полгода начинается американская предвыборная кампания, где уже будут другие интересы), если ничего летом не произойдет, в целом ситуация будет с точки зрения дополнительного спроса на наши активы, я считаю, очень позитивной.
Какие еще главные прогнозы можно сделать из того положения дел, которое вы описали, что ликвидность избыточна и, в принципе, она не находит выхода, кроме как в ОФЗ или в какие-то такие инструменты? Может быть, надо ожидать, что начнет расти рынок акций?
Михаил Задорнов: Снижение стоимости денег. Опять-таки ставки по кредиту, снижение ставки по депозиту.
Тогда и спрос на кредит не возникнет естественным путем.
Михаил Задорнов: Это тоже дополнительно подстегнет определенный ...
...спрос на кредиты и на рост производства.
Михаил Задорнов: Да.
На этой позитивной ноте мы и закончим.

Материал подготовлен при поддержке технического партнера BFM.ru на ПМЭФ-2019 — АО «Сони Электроникс».

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию