16+
Суббота, 15 августа 2020
  • BRENT $ 45.00 / ₽ 3280
  • RTS1323.80
30 июля 2020, 11:00 Финансы

Алексей Нечаев: «Люди, которые платят небольшие налоги, интересуются, куда они пошли, потому что для них эти деньги физически ощутимы»

Лента новостей

По его мнению, планку для сохранения статуса самозанятого необходимо увеличить с 2,4 до 5 млн рублей дохода в год

Алексей Нечаев.
Алексей Нечаев. Фото: партия «Новые люди»

Бизнесмен и основатель партии «Новые люди» Алексей Нечаев рассказал о тонкостях закона об инициативном бюджетировании, почему бизнес против повсеместного введения системы маркировки и зачем поднимать планку доходов самозанятых.

Поговорим о региональных экономиках и о новых практиках. Не так давно Госдума во втором чтении приняла закон о, так называемом, инициативном бюджетировании. То есть, если вкратце, это возможность для жителей самим решать, на что можно потратить, пусть небольшую, но часть местного бюджета. Закон еще окончательно не принят, но по факту эта практика внедряется уже в регионах. Насколько она, по-вашему, успешна сейчас и насколько она будет успешной?
Алексей Нечаев: Частный характер управления вообще в стране очень полезен. И, когда люди смотрят на деньги, видят, как они расходуются, — ничего не может быть лучше. Поэтому я очень поддерживаю эту идею. Жалко, что это так затянулось: такой закон можно было принять еще лет десять назад. У нас как считается: закон приняли и все, реформа пошла. Но надо еще уметь им правильно пользоваться. И этот закон вступает в противоречия с целым рядом других региональных законодательных процессов. Поэтому в регионах предстоит еще много повозиться, чтобы привести в соответствие с новым законом старые процедуры и правила. У нас же деньги из муниципалитета, из региона выкачиваются в федеральный центр через НДС, через другие налоги, а потом обратно раздаются в виде субвенций, трансферов и так далее. Там есть ряд процедур, когда в случае инициативного бюджетирования, могут сказать: «Секундочку, это другие деньги. Нельзя их сюда тратить». Поэтому нужно приводить в соответствие законодательство, чтобы это было возможным.
Перейдем к следующей теме — это маркировка. У нас сейчас собираются маркировать все. Уже много чего отмаркировали, но известно, что это отражается на цене товара, потому что бизнесу приходится нести определенные расходы.
Алексей Нечаев: В чем грусть этого процесса? В том, что практически никто не слушает бизнес-сообщества: более десяти разных отраслевых ассоциаций и таких «полнокровных» бизнес-сообществ уже посчитали, сколько это будет стоить, и уже написали письма. Но никакой реакции на это нет. По разным подсчетам, вся эта маркировка может стоить бизнесу до 1,5 трлн рублей*. 1,5 трлн — это 7% бюджета, это 1,3% нашего внутреннего валового продукта. Это огромные деньги. Нам что, некуда потратить 1,5 трлн? У нас что, все остальное в порядке? Две цели, которые преследуются: первое — это проблемы с контрафактом, второе — рост собираемости налогов. Они говорят, что в парфюмерии, например, а я эту отрасль хорошо знаю, до 20% контрафакта. Есть данные Федеральной таможенной службы, Налоговой службы — в них нет этих 20%. Там доля контрафакта, на самом деле, — 0,1%. Также говорят, что на пресловутом рынке шуб не будет контрафакта. Но, по данным за четыре года, почти ничего не поменялось: количество шуб примерно то же самое и количество сумм, на которые шубы растаможиваются, примерно то же самое. Единственное, что снизилось — это средняя цена шубы. То есть стали везти более дешевые шубы, потому что теперь шуба будет включена в маркировку. Но шубы — это хотя бы люксовый товар. Там стоимость маркировки недорогая относительно самого изделия. Но посмотрите, есть же дешевая продукция. Условно, молоко. Там стоимость маркировки может доходить до 10% и более.
Это притом, что у молока есть своя система.
Алексей Нечаев: Это правда. У молока есть своя система «Меркурий», точно, как и в парфюмерии есть система ЕГАИС. Она все достаточно хорошо и так считает. Более того, ФНС России разработала альтернативную систему, как можно товар прослеживать и она не требует никаких новых информационных систем, не создает дополнительных административных барьеров. И сейчас категорически важно отложить введение маркировки, которое назначено на сентябрь. Отложить, например, на год, чтобы просто вглядеться в это глубже. Сейчас после карантина и так очень тяжелая ситуация в экономике.
Но для каких-то товаров это действительно нужно. Для сигарет, например.
Алексей Нечаев: Согласен, да. Сообщества людей, которые занимаются сигаретами, никаких писем не писали, потому что они понимают, что если маркировка будет введена, то это обернется пользой для их рынка, уйдут какие-то левые игроки.
К другой крупной теме. С июля у нас режим самозанятых распространили на всю страну. Самозанятых уже около 700 тысяч. Естественно, при распространении на всю страну, их будет гораздо больше. Но у нас миллионы людей работают в тени. Засветятся ли они перед нашими властями, пойдут ли они платить 4% налога?
Алексей Нечаев: Большая часть людей, может быть, еще 700 тысяч, а то и более 1 млн людей, уже в этом году станут самозанятыми. В чем здесь плюс? В том, что этот налог небольшой — 4%, это немного: даже у ИП 6%. Также в том, что этот налог идет на социальный взнос, туда, где это касается самих людей. Нет никакой бухгалтерии, никаких избыточных обременений. Есть выручка, есть 4%: это облегченная форма, поэтому здесь легкость и небольшая ставка — это хорошо. Но при этом есть две проблемы, которые остаются. Первая проблема: люди говорят: «Я — нянечка или я — водитель. Эту работа я сам нашел, я эту работу сам сделал, еще бегаю, чтобы мне заплатили за нее. Государство тут причем? Почему я должен вот эти, пусть даже 4%, платить?».
Тогда я хочу их спросить, почему я плачу 13%, а они не хотят платить 4%?
Алексей Нечаев: В этой связи они могут вам сказать: «А зачем вы платите»? Идея «государство должно, а мы ничего не должны» вносит дисбаланс. Дальше возникает другой вопрос: «Деньги-то я отдал, а куда они пошли»? Вот я часто встречал, что люди, которые платят большие налоги, не спрашивают, куда налоги идут. А люди, которые платят небольшие налоги, все время интересуются тем, куда эти деньги пошли. Для них эти деньги физически ощутимы. Они думают о том, что они заплатили, например, 4% с миллиона — это 40 тысяч рублей, и считают, сколько бы на это можно было купить молока для ребенка или еды. Если в регионах умели бы отчитываться перед людьми, куда их налоги пошли, то и вопросов бы не было. А второе, у людей есть опасения: они прошли уже столько деноминаций, подъемы курса валюты, мы чего только ни пережили. Поэтому сегодня ставка 4% и люди думают, что сейчас они зарегистрируются, а ставку потом увеличат до 6% или 13% или 15%, посчитав, что кто-то слишком богатый. Поэтому, на мой взгляд, то, что государство во время карантина всем самозанятым и ИП вернула их налог, уплаченный в 2019 году, — это огромный плюс к строительству доверия. Поэтому мы предлагаем поднять сам размер необлагаемый до 5 млн. Сейчас это — 2,4 млн рублей.
Много ли найдется таких самозанятых?
Алексей Нечаев: Достаточно много, пока цифр нет, но я думаю, что 10% точно там есть. Неважно, много людей или не очень много. Это еще один шаг к построению доверия.

*Научно-исследовательский финансовый институт (НИФИ) Минфина РФ заявил о некорректности использования своих предварительных расчетов для оценки стоимости внедрения маркировки в конкретных отраслях. Там рассказали, что в июне Национальный союз производителей молока «Союзмолоко» направил в ЕЭК письмо, в котором в качестве расчетов стоимости внедрения маркировки использовались данные института. На сайте «Союзмолока» говорилось, что «только в России общие затраты бизнеса на введение маркировки составят, по данным НИФИ, до 1,5 трлн рублей».

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию