16+
Понедельник, 23 июля 2018
  • BRENT $ 74.11 / ₽ 4674
  • RTS1130.65
23 июня 2010, 22:04 ОбществоКомпании
Михаил Бергер

Михаил Бергер

Намек газовой трубой

Очередное газовое шоу отличается от предыдущих резкостью заявлений и радикальностью мер. Понятно, что лекарство, с помощью которого лидеры двух стран пытаются лечить друг друга, требует постоянного увеличения дозы

Очередное газовое шоу отличается от предыдущих резкостью заявлений и радикальностью мер. Понятно, что лекарство, с помощью которого лидеры двух стран пытаются лечить друг друга, требует постоянного увеличения дозы, но нынешняя доза выглядит рискованно радикальной. Хотя, с другой стороны, летом риск «передоза» существенно меньше, чем зимой. Нет опасности подключения к спору хозяйствующих субъектов замерзших белорусских детских садов и больниц. Нет также риска жестких претензий со стороны потребителей российского газа в Европе. Все-таки белорусский транзит это всего около 20% экспорта, который, в случае чего, с удовольствием примет теперь дружественная Украина.

То, что экспорт газа давно уже стал частью внешней политики России — банальный и общепризнанный факт. Это не хорошо и не плохо. Просто это именно так. Мало какая из стран, претендующая на то, чтобы иметь значение в мировой политике, удерживается от соблазна использовать нужный кому-нибудь другому товар для определенного давления на получателей этого товара. Если, конечно, товар очень важный и трудно заменимый. США «экспортируют» доллары и услуги по сбережению капиталов. И они, Штаты, не упускают случая заморозить в своих банках счета какого-нибудь совсем уже зарвавшегося диктатора.

Россия использует газ в качестве инструмента внешней политики. И этот филиал МИДа (то есть «Газпром») в ряде случаев оказывается гораздо влиятельней и эффективней собственно МИДа. Иными словами, имея такой влиятельный товар, как услуги сбережения или газ, мы (или, скажем, Штаты) вместе с товаром отправляем не только инвойс на оплату товаров/услуг, но и еще некое послание. Типа: «не будь таким кровавым диктатором...»; или: «ну, подпиши уже, наконец, соглашение о Таможенном союзе...»

То, что наши руководители не хотят или не могут по политическим либо иным соображениям сказать прямо и публично, то «озвучивает» «Газпром». Тоже не прямо, но очень убедительно.

Это, повторюсь, не хорошо и не плохо. Это факт. И надо правильно идентифицировать жанр происходящего: это не спор о долгах, а спор политиков о политике. Недаром же главными спикерами выступают президенты и премьеры России и Белоруссии. 200 миллионов долларов — это, конечно, большие деньги, но не настолько большие, чтобы в роли истца выступали лично президенты и премьеры.

Рекомендуем:

  • Фотоистории

    BFM.ru на вашем мобильном
    Посмотреть инструкцию