Следственный комитет предлагает конфисковывать у коррупционеров все имущество

По словам главы Следственного комитета Александра Бастрыкина, конфискация имущества как мера наказания давно ожидается в обществе и обеспечит поступления в казну. Конфискация имущества за коррупцию была в СССР. Как юристы расценивают возврат к старой норме?

Конфисковать все нажитое имущество коррупционеров предложил глава Следственного комитета Александр Бастрыкин. Это он заявил на расширенном заседании коллегии ведомства. По его словам, «такая мера давно ожидается обществом и обеспечит значительные поступления в казну». Глава СКР напомнил, что в прошлом году обвинение в коррупции было предъявлено более чем 600 лицам, среди которых более 300 депутатов и глав муниципальных образований. Бастрыкин считает, что ««алчность любого коррупционера трудно остановить без твердых решительных мер».

Что именно эта инициатива меняет в уголовном наказании для коррупционеров, комментирует партнер адвокатского бюро «Феоктистов и партнеры» Руслан Долотов:

Руслан Долотов партнер адвокатского бюро «Феоктистов и партнеры» «В свое время законодатель отказался в Уголовном кодексе от полной конфискации имущества, потому что она противоречит непосредственно презумпции невиновности и конституции. Потому что конфискация имущества как уголовно-правовое последствие может являться следствием только какого-то преступного поведения. Ей же фактически предлагается забирать имущество вне зависимости от того, получено оно коррупционным путем или нет. И так как уголовное право и уголовно-процессуальное право запрещает по своим принципам полную конфискацию имущества, ее по большому счету ввели через инструмент гражданского права, предусмотрев возможность изымать имущество, которое не соответствует доходам и расходам. По большому счету данное предложение является возвратом к старому, действующему советскому подходу. Возможно, что введение данной процедуры через УПК может повысить даже гарантии и в определенной степени защиту лиц, потому что требования к процедуре доказывания и стандартам доказывания в рамках уголовно-процессуального законодательства гораздо строже. И гарантии, которые есть у лиц, у которых пытаются что-то изъять, для защиты своих интересов гораздо больше, чем в рамках гражданского института. И, соответственно, они могут более четко отстаивать свои права. Но все-таки это возврат назад».

Об эффективности предложенной меры и том, как изъятие всего имущества у коррупционеров функционировало раньше, говорит доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, адвокат Михаил Барщевский:

Михаил Барщевский доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ «Во-первых, это предложение не новое. Такие предложения периодически появляются. Главное то, что при советской власти предусматривалась конфискация всего имущества. У коррупционеров было так, что конфискация имущества подразумевала конфискацию всего, кроме одного набора посуды, единственного жилья, денег на лекарства, каких-то таких вещей. Там действительно думали не о самом осужденном, не о коррупционере, даже не о нем самом. Пока он в тюрьме, а его родственники, жена, дети — вот им реально было нечего кушать. Так к чему это привело? Уровень коррупции не снизился, отнюдь. В Китае вообще за коррупцию расстреливают, и тем не менее уровень коррупции не снижается. На уровень преступности влияет только одна вещь. Об этом недавно как раз президент говорил. Только раскрываемость. При стопроцентной раскрываемости если вы будете за коррупцию давать штраф 5 рублей, коррупции все равно не будет. И это при том уровне судебных ошибок, которые сегодня бывают, при том обвинительном уклоне, который, к сожалению, сейчас явно налицо. Конфискация имущества — это вещь, которая будет наказывать не коррупционера. Это будет наказывать его детей, которые уж точно ни в чем не виноваты, и уже внуков. Надо помнить, что у нас в Уголовном кодексе предусмотрена ответственность в виде штрафа до стократного размера суммы взятки, что само по себе является таким сильно устрашающим наказанием. Мне кажется, действующих сегодня мер уголовного воздействия на коррупционеров достаточно. Лет десять назад очень много было коррупционных проявлений у налоговиков, очень много зависело от конкретного инспектора. Сегодня почти все автоматизировано, сегодня как бы договариваться можно только с розеткой. Уровень коррупции в налоговых органах сошел практически до нуля. Все дело не в наказании, а в том, как система работает. Я не защищаю коррупционеров, просто эта мера не работает. Она не работала ни в одной стране мира, никогда. Конфискация имущества как мера наказания не работала. Это даже не устрашающее средство, потому что настоящий коррупционер умеет прятать. Когда речь идет об обращении в доход государства имущества, которое не соответствует доходам чиновника, есть процедура. Чиновник должен доказать, что это соответствует его доходам, и все. А при конфискации это работать не будет».

В числе резонансных расследований Бастрыкин назвал дело бывшего губернатора Рязанской области и экс-сенатора Николая Любимова, которому вменяется получение взяток на 270 млн рублей. Также глава СКР упомянул уголовное дело бывшего прокурора подмосковного Лыткарина Алексея Харитоненко, которого обвиняли в получении взяток на почти 500 млн рублей.