На Ближнем Востоке разворачивается Первая мировая нефтегазовая война. Комментарий Георгия Бовта
Иран атаковал энергетические объекты в странах Персидского залива
Лента новостей
Иран после атаки на месторождение газа Южный Парс ответил ударами по нефтяным и газовым объектам в других странах Персидского залива. Цены на энергоносители растут по всему миру — Тегеран нащупал болевую точку и вряд ли отступит от своей тактики, считает политолог
Израиль нанес удар по самому крупному иранскому газовому месторождению Южный Парс. Иран в ответ совершил атаку на крупнейший НПЗ Саудовской Аравии Samref в порту Янбу на побережье Красного моря. Также Ираном был обстрелян главный комплекс Катара по производству СПГ. Президент США Дональд Трамп предупредил Тегеран, что в случае новой атаки США — с помощью или без помощи Израиля — уничтожат все месторождение Южный Парс. Что дальше?
Война против Ирана рискует превратиться в Первую мировую нефтегазовую войну, если говорить о последствиях. Цены на газ в Европе моментально взлетели на новостях об очередном ударе по Катару, который входит в тройку крупнейших мировых экспортеров СПГ. Еще до этого газовые фьючерсы (TTF) в Европе выросли примерно на 50-75%. Ряд оценок говорит о скором росте вдвое по сравнению с довоенными. При этом европейские хранилища газа подошли к концу зимы с аномально низким уровнем — около 46 млрд кубических метров против 60 млрд год назад и 77 млрд двумя годами ранее, что усиливает эффект ценового шока. При затягивании войны и блокировании Ормузского пролива Европа может испытать повтор ценового шока 2022 года.
Лидеры Великобритании, Франции, Германии, Италии, Нидерландов и Японии опубликовали совместное заявление, призывающее к «немедленному всеобъемлющему мораторию на нападения на гражданскую инфраструктуру, включая нефтегазовые объекты». Они выразили готовность «внести свой вклад в соответствующие усилия по обеспечению безопасного прохода через Ормузский пролив». Однако непонятно, в чем мог бы состоять этот вклад, если к военным усилиям США по разблокировке пролива европейцы присоединяться не хотят, а их уговоры не хотят слушать в Тегеране.
Возможно, израильский удар по газовому месторождению Ирана Южный Парс стал неожиданностью для Вашингтона, который не заинтересован в эскалации именно по «энергетической линии». Трамп тоже призвал к деэскалации атак на энергетические объекты Ближнего Востока, оговорившись, что США не участвовали в атаке на Южный Парс и что Израиль воздержится от дальнейших ударов по этому объекту, если Иран воздержится от аналогичных шагов. Этому, впрочем, предшествовало заявление Тегерана о том, что все энергетические объекты в странах Персидского залива будут считаться «законными целями». Тегеран нащупал болевую точку и вряд ли отступит от своей тактики «инфраструктурной войны».
В результате нефть сорта Brent устойчиво держится выше 100 долларов за баррель, а прогнозисты-алармисты уже пророчат 150-200. Ответить американо-израильской коалиции тут особо нечем. Нефтегазовый рынок приносится в жертву геополитике. Белый дом предпринимает кое-какие меры по стабилизации цен на американском рынке, где средние цены на бензин резко выросли за последние недели, поднявшись до примерно доллара за литр. Это самый высокий уровень за более чем два года, что опасно для администрации в преддверии промежуточных выборов в ноябре.
Авиация США даже пока не трогает главный пункт перевалки иранской нефти — остров Харг, где обрабатывается 90% ее экспортных объемов, также танкеры самого Ирана продолжают беспрепятственно транспортировку нефти в довоенных объемах. Министр финансов США Скотт Бессент даже договорился до того, что заявил о возможности снятия санкций США с иранской нефти.
На этом фоне внутри самой администрации наметились расхождения в показаниях. Так, если Трамп все время повторяет, что начал войну, чтобы предотвратить угрозу завладения Ираном ядерным оружием, то директор Национальной разведки США Тулси Габбард на слушаниях в сенате отказалась подтверждать, что Иран возобновил обогащение урана после американских ударов по ядерным объектам в июне 2025 года. Она несколько раз отказалась ответить, считает ли она Иран «неминуемой ядерной угрозой», как утверждает Белый дом. Хотя непосредственно опровергать президента не стала. Накануне в знак протеста против войны в Иране подал в отставку начальник Контртеррористического центра США Джо Кент. В двухчасовом интервью журналисту Такеру Карлсону он снова заявил, что Иран ни сейчас, ни прошлым летом не был близок к созданию ядерного оружия.
Еще одним свидетельством того, что война пошла не по плану Трампа, стала просочившаяся информация о том, что администрация готовится запросить у конгресса более 200 млрд долларов для продолжения финансирования войны. Это пятая часть годового бюджета Пентагона. Хотя сенат только что вновь отклонил резолюцию об ограничении военных полномочий администрации, выделение такой огромной суммы может встретить непонимание даже среди республиканского большинства в Палате представителей, которая традиционно первая рассматривает все вопросы налогов и ассигнований. Тем более что большинство там шаткое.
Все настойчивее слухи о том, что Белый дом рассматривает возможность отправки еще тысяч американских военнослужащих на Ближний Восток. Они могут быть использованы, в частности, для восстановления судоходства через Ормузский пролив, в том числе высадившись на иранском берегу или на нефтяном хабе острова Харг. Пока Трамп такие намерения опровергает. Такая операция будет сопровождаться гораздо более многочисленными потерями среди американских военных, к каковым современное общество США очень мало терпимо. Однако логика любой войны, как известно, имеет свойство развиваться независимо от довоенных планов, особенно если эти планы оказались неверными.
Рекомендуем:
Рекомендуем:
