Креативные кластеры, часть I: экономические выгоды и реальные потери

Ян Ярмощук, руководитель компании CreativeSpace Hunter

«Да, мы считаем, что, несмотря на сложности в экономике, есть довольно большой неудовлетворенный спрос на пространства именно этого сегмента. Это, в частности, подтверждается «премией к рынку», когда в креативных кластерах аренда дороже, чем в соседних бизнес-центрах. Что касается наращивания доли государства, то мы воспринимаем процесс как хороший импульс для отрасли в целом. Это все равно оставляет большое поле для коммерческих, самостоятельных кластеров, так как кластеры с госучастием берут на себя инфраструктурные, долго окупающиеся инвестиции. Креативные индустрии прочно вошли в государственную повестку, а значит, работать на этом рынке становится понятнее и прозрачнее».

***

Сергей Георгиевский, соучредитель, председатель экспертного совета Агентства стратегического развития «Центр»

«Креативные кластеры чаще всего связаны с редевелопментом бывших промышленных территорий, что, несомненно, плюс, потому что в них возникает новая жизнь. Это стимулирование экономического роста, прежде всего за счет активности инвесторов, малого и среднего бизнеса. Любой креативный кластер наполняется кафе, магазинами, местами для совместной проектной работы (коворкингами), помещениями для демонстрации продукции (шоурумами) и так далее. Это способствует развитию инфраструктуры, улучшается транспортная доступность места. Благодаря созданию таких точек роста повышается и стоимость окружающей недвижимости. Во многих городах это способствует развитию туризма, потому что креативные кластеры — точки притяжения, новая идентичность, сохранение и переосмысление объектов культурного наследия. С социальной точки зрения они могут способствовать джентрификации или переосмыслению места, еще вчера считавшегося маргинальным, а теперь преобразившегося за счет мест встречи жителей, точек взаимодействия разных поколений. Наконец, бывшие промзоны становятся экологически чище, так как из них выводятся грязные производства. Очевидных минусов я не вижу, только косвенные. Так, креативный кластер постоянно генерирует у вас под окнами большой поток людей, это шум, который кому-то может доставлять дискомфорт. Они могут привнести субкультуры, соседство с которыми не каждому жителю по душе. Но нельзя сказать, что это категорический минус, это скорее вопрос диалога. Наверное, один из факторов риска, который тоже можно считать минусом, — то, что резиденты склонны к миграции, поэтому тяжело поддерживать кластер долгое время. Нужна очень сильная программа, идеи, которые бы удерживали креативный класс. Очень часто его не хватает на все те пространства, которые для него создаются».

***

Николай Медведенко, сооснователь студии средового дизайна Karst, управляющий партнер группы компаний «Даль»

«Креативный класс — это, конечно, не основа экономики, но важнейший ресурс развития города. Ведь это самые прогрессивные люди, которые создают новые смыслы, среду и продукты, ради которых в город переезжают другие или мы едем из своего города в другой. Если таких людей и результатов их деятельности в городе нет, он начинает проигрывать конкуренцию за человеческий капитал. Таким образом, этот класс создает для города социальные, имиджевые и экономические эффекты. А креативные кластеры в этом смысле — не цель, а инструмент, который предоставляет нужные условия, инфраструктуру для тесных связей, возможность бизнесу быть видимым. Кластер должен снижать порог входа в экономику этих людей и удерживать их в городе. Но сначала нужна среда для экспериментов, и только потом — институализация. Поэтому, если кластер сформировался органически, проблем я не вижу. Но проблемы возникают, когда кластер создается сверху: без реального «переопыления» внутри и формирования новых идей он превращается в дорогую инфраструктуру с высокими капитальными и операционными затратами. В таком случае он не дает эффекта для креативной экономики и формирует ложное ощущение, что инвестиции в эту сферу не работают, хотя на самом деле они просто были направлены не туда».

***

Александр Зальцман, директор по продукту компании CM International

«Современное понятие «креативный кластер» появилось сравнительно недавно, в начале явного перехода к постиндустриальной экономике, хотя сама идея концентрации людей по профессиональному признаку существует, кажется, со времен разделения труда и рождения сообществ. Креативные кластеры играют заметную роль в городской экономике, являясь «акселераторами» малого бизнеса (дизайна, медиа, игровой индустрии). Во многих развивающихся странах, продолжающих переход к постиндустриальному укладу, креативные индустрии и малое предпринимательство растут быстрее традиционных отраслей экономики, а их доля в ВВП повышается до 3-5% (в Москве целевой показатель на ближайший период — 5%). Креативные кластеры — один из самых эффективных инструментов маркетинга и редевелопмента заброшенных территорий. При малых (относительно нового строительства) капитальных затратах они позволяют повысить стоимость недвижимости и земли, а также развивают бренд территорий, привлекая таланты и молодежь. Такая трансформация прошла наиболее ярко в Лондоне (Сохо, Баттерси) и Берлине (Кройцберг, Нойкельн) в 90-е годы прошлого века. Среди отрицательных моментов — побочные эффекты развития: неравномерный рост, вытеснение локальных жителей и, при дальнейшей джентрификации, самих представителей креативных индустрий с заменой на коммерческие объекты (общепит и ритейл), офисы банков, страховых и традиционных компаний (примером может служить Новоспасский двор в Москве)».

***

Дмитрий Барсенков, генеральный директор творческого индустриального кластера «Октава» (г. Тула)

«Безусловно, кластеры выгодны для города, особенно для нескольких категорий его жителей и гостей. Первая — это молодежь. Молодежь чувствительна к красивым эстетичным проектам, наполненным смыслом. И появление креативного кластера показывает, что территория жива, и в том, чтобы продолжить на ней развиваться, есть смысл, есть перспектива. А для молодежи перспектива очень важна. Вторая — это креативные предприниматели. Принцип креативного кластера, сам кластерный эффект заключается в том, что совместное нахождение предпринимателей на одной территории дает им толчок к развитию и они становятся взаимно поддерживающей структурой. Поэтому креативным предпринимателям тоже важно объединяться на основе какой-то площадки и чувствовать, что они не одиноки. Третья — это, как ни странно, власти города либо региона, которые таким образом могут показать, что их регион нацелен не только на извлечение прибыли в моменте за счет каких-то бизнес-проектов, но и на создание смыслов, новых необычных творческих проектов. Кластеры часто становятся местом для проведения неформальных встреч власти с гражданами, таким образом показывая, что власть открыта, не «забронзовела», готова к изменениям. Ну и четвертая категория — это, конечно, туристы. Я сам являюсь таким деформированным туристом, который первым делом, когда приезжает в город, смотрит на творческие пространства. Знаю, что таких людей много, им всегда интересно посмотреть на то, чем живут креативные сообщества».

***

Татьяна Осецкая, сооснователь бюро Osetskaya.Salov

«Более половины московских кластеров размещены на территориях бывших промышленных предприятий, и это не случайность, а системная логика. Промзоны составляют около четверти городской территории, и они исторически создают вокруг себя ореол запустения: уровень доверия к территории и ощущение безопасности в таких районах на 20-30% ниже, чем в среднем по городу. Появление кластера буквально восстанавливает городскую ткань, превращает «белое пятно» в активный узел, запускает новые сценарии использования пространства, а в перспективе повышает стоимость недвижимости в прилегающих кварталах. Кластер — это еще и инструмент формирования идентичности места. Центр «Зотов» в конструктивистском здании хлебозавода, «Суперметалл» на территории металлургического института, «Трехгорная мануфактура» — все эти объекты не просто осовременены, они приобрели новый культурный слой, не уничтожив память о предыдущем. С нашей точки зрения, именно эта работа с памятью территории отличает состоявшийся кластер от просто недорогого офисного пространства в бывшем цехе. Экономический эффект кластера базируется на концентрации. Небольшому локальному бренду или независимому архитектурному бюро крайне сложно генерировать органический трафик в изоляции; кластер создает ту самую точку притяжения, которая приводит аудиторию, разделяющую ценности его резидентов. По данным аналитиков, субъекты креативных индустрий, работающие внутри кластеров, в среднем развиваются быстрее, чем те, кто ведет деятельность вне таких пространств. Образовательные организации, исследовательские и архитектурные бюро, студии — все они выигрывают от физической близости друг к другу, которая повышает вероятность коллаборации и возникновения совместных продуктов. Кластер диверсифицирует городскую экономику, порождая то, что социологи называют «крафтовой экономикой»: множество малых и средних производств, сервисов, школ — в противовес монотонной структуре, где заняты только крупные корпорации и госсектор. Это особенно ценно для городской системы в целом: диверсифицированный рынок труда сокращает миграционные настроения, особенно среди молодежи. Что же касается жителей, здесь картина неоднозначна, и мы убеждены, что честный разговор о кластерах невозможен без признания их теневой стороны. Для широкой аудитории кластер — это новое общественное пространство с культурными событиями, рынками, лекториями. Рост посещаемости набережных и прилегающих территорий после появления кластеров фиксируется как устойчивая тенденция».