Авиационный коллапс парализовал США на четыре часа

— Тут еще предстоит выяснить, почему это произошло. Но вот по той информации, что есть, это эффект накопительный. Если брать вообще историю, что это была за система, это система, которая была создана раньше всех США. И в таком масштабе это самая большая страна в мире, где летает такое количество самолетов одновременно. Поэтому фактически такой многолетний накопительный эффект, который сейчас привел к тому, что произошло. Но говорить о том, что является первопричиной, еще, конечно, рано. Можно предположить, что это глобальное обновление системы, которое не подразумевает, что ее можно выключить, остановить и отремонтировать, как водопровод какой-нибудь, перекрыть воду на какое-то время и отремонтировать. Здесь получается как ремонт двигателя на лету. Ну, скорее всего, система просто перегрузилась, не хватило пропускной способности именно коммуникационных каналов. Но я думаю, реальная история может быть немного другой, потому что внедрение искусственного интеллекта и других систем, обновление могло по отдельности, может быть, и не так сильно навредить, но суммарно оно дало такой сбой. Скорее всего, остановили полеты, потому что система уже не справлялась и был риск возникновения аварийной опасной ситуации. Поэтому условно разменяли деньги на жизни тем, что не будет никаких катастроф, но будут платить деньгами за то, что система не работает и будет куча отмен, большие убытки авиакомпаний.

— Правда ли, что американские диспетчеры работают до сих пор с дискетами и оборудованием сорокалетней давности?

— Так называемое проклятие первопроходца. А США автоматизировали воздушное движение раньше всех. Там где-то 60–80-е годы получилось, и у них самая большая такая историческая база, а тот, кто первый это внедрил, тот первый упирается в моральный износ. Особенность системы в том, что ее нельзя просто отключить на время. И попытки обновления предпринимались начиная с 1982 года. И каждый раз еще с финансированием проблемы были. Только-только в прошлом году был назначен один единый интегратор, который вообще стал как бы отвечать за эту работу. А так перегрузка уже системы, и там нехватка порядка 3–3,5 тысячи диспетчеров в штате, которые там перерабатывают. У них, по факту, текущий штат там шесть дней в неделю. То есть это уже было на пределе.

— Насколько вообще опасен такой масштабный сбой для самолетов, которые уже находятся в воздухе? Что пилоты делают? Экстренно садятся на ближайшем аэродроме? Как это происходит?

— Да, задача — как можно быстрее остановить полеты и завершить их, чтобы не произошла какая-то авария. Самое страшное здесь — это столкновение в воздухе, потому что если нет диспетчерского управления, то пилоты могут только визуально ориентироваться. А на скоростях современных самолетов на них визуально разойтись — это очень сложно, практически невозможно в плотном трафике. Поэтому, как только было понятно, что система уже выдает какие-то непонятные сигналы, было принято решение остановить полеты.

— Потери авиакомпании насколько могут быть серьезными?

— Один рейс — несколько сот тысяч долларов там в среднем может обойтись. Конечно, счет идет на миллиарды в данный момент. Плюс еще там, если кумулятивный эффект посчитать, скорее всего, это сотни миллиардов уже.