«Расходы и доходы продолжают расходиться в разные стороны, что, естественно, наращивает дефицит, и это не может не вызывать озабоченность. В принципе, треть года уже позади. Очевидно, что в следующие месяцы цены на нефть будут сохраняться на высоком уровне. Доходы так или иначе наверстаются в связи с более высоким уровнем цен на энергоносители, а вот с расходами беда. Если расходы будут увеличены сверх запланированного изначально в бюджетном законе, то это означает, что нужно будет так или иначе править бюджет. Об этом многие эксперты говорили, что где-то к маю возникнет понимание того, что бюджет так или иначе придется изменять».

«То останавливаем, то отменяем, то возобновляем. За последние несколько месяцев прошел уже не один раунд такого рода принятия решений, и некая усталость от этого тоже присутствует. А кроме того, в тех объемах, о которых сегодня идет речь, это, конечно, неважные ценообразующие факторы. Кроме того, бюджетное правило является сдерживающим механизмом в очень небольшой степени. Поэтому оно может быть изменено в любой момент. И я подозреваю, что почти никто этого может и не заметить»

«Надо глубже раскрывать тему, чтобы понять, на что больше всего выросли цены. Наверняка есть позиции, которые подорожали сильнее. Основные факторы — это, конечно, налоги, падение конкуренции, закрытие границ и удорожание процедур доставки. Ничто не дорожает близко к темпу инфляции: что-то дорожает намного больше, а что-то — намного меньше. И в среднем действительно получается ИПЦ — индекс потребительских цен, который составлен по определенным международным правилам. Так что ничего странного нет. Я бы сказал, что автомобили даже больше подорожали, особенно если учитывать качественную составляющую — резко сместилась еще и структура поставок. Если раньше она частично удовлетворялась внутренним производством, теперь все по-другому. За 12 лет произошел очень резкий скачок в сторону импорта по сравнению с внутренним производством. Если что-то сегодня осталось во внутреннем производстве, то это «АвтоВАЗ» и несколько китайских производителей, которые что-то локализовали в России, а импорт — это в основном китайцы и всякая другая «мелочь».

«Самая большая причина недостачи нефтегазовых доходов была даже не ценовая, а укрепление рубля, которое, в общем-то, никуда не делось, и рубль по-прежнему выглядит крепче, чем он стоял по всем ранее сделанным проектировкам. Так что в перспективе, если говорить о структурном несоответствии расходов и доходов бюджета, то оно в принципе сохраняется, и потребуются, наверное, какие-то усилия по сокращению расходов. Достаточно оптимистичный бюджет, который был сформирован в конце прошлого года, по сути, оказался в новых условиях невыполнимым. Не стоит забывать еще и о том, что сокращение бюджетных расходов замедляет экономический рост, что, в свою очередь, сказывается уже не только на нефтегазовых доходах».

«Очевидно, что с начала года накоплено довольно серьезное отставание от графика поступления нефтегазовых доходов. Я думаю, что апрелем пока это отставание наверстано не будет. Все будет зависеть от того, как ситуация с нефтегазовыми доходами будет развиваться в дальнейшем. Это от слишком многих факторов зависит, и, по большому счету, самая большая причина недостачи нефтегазовых доходов была даже не ценовая, а укрепление рубля, которое, в общем-то, никуда не делось, и рубль по-прежнему выглядит крепче, чем он стоял по всем ранее сделанным проектировкам. Так что в перспективе, если говорить о структурном несоответствии расходов по доходов бюджета, то оно в принципе сохраняется, и потребуются, наверное, какие-то усилия по сокращению расходов. Похоже, что Минфину сейчас с учетом бурного первого квартала и разрыва между доходами и расходами придется этим заниматься вне зависимости от притока дополнительных нефтегазовых доходов и других изменений на внешних рынках. Либо вы наращиваете доходы каким-то образом, причем наращиваете не так, чтобы они были у вас временно выше, а для того, чтобы иметь надежный источник финансирования тех намеченных расходов. А вот этого уже по началу года, очевидно, было, что этого не получается. И достаточно оптимистичный бюджет, который был сформирован в конце прошлого года, по сути оказался в новых условиях невыполнимым. Не стоит забывать еще и о том, что сокращение бюджетных расходов замедляет экономический рост, что, в свою очередь, сказывается уже не только на нефтегазовых доходах. И тут такая загадка, которую предстоит решать в течение всего года, и, по всей видимости, это тоже будет вызывать необходимость как-то по-другому структурно организовывать бюджет и с другой философией подходить к бюджетному правилу и к другим параметрам, которые устанавливаются правительством. Так что тут узел гораздо сложнее, чем просто цена на нефть и продолжение конфликта в Ормузском проливе».