16+
Воскресенье, 22 апреля 2018
  • BRENT $ 73.71 / ₽ 4526
  • RTS1145.80
9 апреля 2012, 09:46 МакроэкономикаОбществоПолитика
Спецпроект: Месяц Англии

Приватизация по-английски: по пути народного капитализма

Лента новостей

Британское правительство уже несколько десятилетий охотно передает в частные руки институты, функционирование которых, казалось бы, немыслимо без госучастия

Королевская почта, символ Великобритании, в следующем году должна быть приватизирована. Фото: e3000/flickr.com
Королевская почта, символ Великобритании, в следующем году должна быть приватизирована. Фото: e3000/flickr.com

Британские власти определились с графиком крупнейшей приватизационной сделки последних десятилетий. Осенью 2013 года правительство планирует избавиться от акций Королевской почты. Как ожидается, эта сделка принесет в казну 4,75-6,35 трлн долларов.

Помимо экономического эффекта для Великобритании приватизация почты, одного из немногих крупных активов, остающихся в руках государства, имеет важное психологическое значение. Почта — такой же символ британской нации, как Биг Бен и Тауэр. По закону на каждой почтовой марке красуется портрет монарха. Сами почтовые марки также были изобретены в Англии, в 1840 году в этой стране вышла первая в мире почтовая миниатюра. Коллекционирование марок (а равно и название этого занятия, филателия) тоже родились на британской почве.

Несмотря на вынужденную национализацию нескольких банков, подкошенных мировым кризисом, британская история в последнее время — эта история крупных приватизационных сделок. Задача, которую сформулировала еще Маргарет Тэтчер, состояла даже не столько в стимулировании инвестиций в частном секторе, сколько в культурной борьбе за изменение мышления и создании «народного капитализма».

Как результат: в частные руки планируется перевести некоторые функции полиции; лондонская пожарная охрана передает обработку звонков на экстренный номер 999 на аутсорсинг внешней компании Capita; британские школы начинают самостоятельно зарабатывать деньги; транснациональные компании кружат вокруг больниц британской государственной службы здравоохранения NHS.

В рамках проекта «Месяц Англии» BFM.ru представляет краткую историю последних 30 лет приватизации по-английски. Особого размаха она достигла при правительстве Тэтчер, и к настоящему моменту, как метко выразился один из британских политиков, «добрая часть семейного серебра уже продана».

1979-81. Эксперименты

Консерваторы давно вынашивали идеи денационализации. В плане Ридли, разработанном для теневого кабинета Маргарет Тэтчер (альтернативного правительства оппозиционной партии, не находящейся у власти), была рекомендована политика разукрупнения государственного сектора и ослабления профсоюзов.

Приватизация сначала не имела первостепенного значения на фоне других актуальных задач политики, например, ограничения роста зарплат для борьбы с инфляцией. Но первый кабинет Тэтчер успешно запустил первый этап приватизации некоторых крупных компаний, прежде всего авиастроительной компании British Aerospace и коммуникационной Cable & Wireless. Акцент был сделан на приватизации прибыльных предприятий для генерирования выручки и сокращения объемов госзаимствований.

1982-86. Взлет

В годы рецессии в начале 1980-х тори стали продвигать планы приватизации как спасение от экономических проблем. Консерватор Джеффри Хау (Geoffrey Howe) превозносил «дисциплину» рынка. Новая доктрина сводилась к тому, что приватизация позволит повысить эффективность крупных предприятий общественного сектора и таким образом сделать британскую капиталистическую модель более конкурентоспособной по сравнению с континентальными.

В этот период правительство продало компании Jaguar, British Telecom, оставшиеся госдоли в Cable & Wireless и British Aerospace, Britoil и British Gas.

Эта политика не возникла из ниоткуда. Ее основы были заложены в трудах экономиста Фридриха фон Хайека, на которых во многом строилась позиция Тэтчер и ее окружения до прихода к власти. Если премьер-лейборист Клемент Эттли в 1940-ые годы открыто говорил о своем намерении построить в Великобритании социализм и государство «всеобщего благоденствия», то в 1980-е годы Маргарет Тэтчер громко заявила о провале социалистического эксперимента и принялась энергично сокращать расходы на государственный сектор и приватизировать ранее национализированные отрасли, пишет Русская служба Би-би-си.

1987-91. В головокружительном темпе

Одержав победу на третьих выборах подряд, консерваторы чувствовали себя достаточно уверенно для того, чтобы развернуть самую активную приватизационную кампанию. На сей раз в списке продаваемых госактивов оказались British Steel, British Petroleum, Rolls Royce, British Airways, предприятия водо- и энергоснабжения. Решения правительства вызвали серьезное противодействие. Тем не менее, приватизационные меры продолжали внедрять в госсекторе.

1992-96. Замедление и откат

Четвертая подряд администрация консерваторов была слабой, очень быстро возникли разногласия по ряду вопросов, прежде всего относительно Европейского валютного союза. Но неолиберальные основы политики, заложенные Тэтчер, оставались в силе, и правительство продолжало курс на приватизацию в тех сферах, где видело такие возможности.

Вновь нанеся поражение массово бастовавшим в 1980-ые шахтерам, правительство исполнило свое намерение и продало угольную компанию British Coal Corporation, а также электрогенерирующие компании Powergen и National Power и железнодорожного оператора British Rail. Предложение приватизировать почтовую компанию Post Office, отделенную от Королевской почты (Royal Mail) в 1986 году, было отвергнуто из-за недовольства общественности и противодействия рядового состава партии, «заднескамеечников», боявшихся, что партия потеряет много мест в парламенте после выборов.

1997-2001. Компромисс новых лейбористов

Лейбористы, в 1996 году заработавшие выборный капитал на непопулярности консерваторов с их приватизационными сделками, обязались остановить продажу авиадиспетчерских служб, но обещание не выполнили. Основной курс приватизации, проводившийся в этот период, свелся к неуклюжему компромиссу с лейбористским электоратом. Он получил название Private Finance Initiative, «Программа частного финансирования». Она была запущена Норманном Ламонтом.

Программа частного финансирования (Private Finance Initiative, PFI) — механизм создания «государственно-частных партнерств» для финансирования государственных инфраструктурных проектов и услуг посредством привлечения частного капитала. Ее суть состояла в передаче частным компаниям права на строительство и эксплуатацию объектов общественного пользования (дорог, школ, больниц, линий метро и т. д.).

Параллельно велась рыночная пропаганда. Питер Манделсон и его преемник в министерстве торговли и промышленности считали, что задача правительства — содействовать распространению предпринимательской культуры.

2002-2008. Активное развитие PFI

Второй и третий кабинет лейбористов активно продвигали инициативу дальнейшей приватизации и сокращения госсектора. Тони Блэр строил свою вторую кампанию в 2001 году на крайне непопулярной программе PFI.

Расчет был в том, что даже если эта мера не пользуется поддержкой, победа на выборах станет подтверждением, что реальной альтернативы нет. И хотя в этот период крупных продаж не было, логическим завершением государственной политики в отношении государственной системы здравоохранения NHS была фактически приватизация этих услуг.

Даже бюджетный кризис в системе здравоохранения, вызванный высокими издержками в системе PFI, не сбил энтузиазма.

Реформа NHS, крупнейшей государственной системы бесплатного здравоохранения в мире, которой пользуются более 90% населения страны, направлена в том числе на расширение роли частного сектора. Даже при лейбористском правительстве поощрялись контракты NHS с частными медицинскими учреждениями, особенно при проведении плановых операций, например, по протезированию тазобедренного или коленного сустава.

Пока лишь 3,5% таких операций проводится частными клиниками. В других сферах, к примеру, в психиатрии, роль негосударственных поставщиков медуслуг более заметна.

Сегодня 5% бюджета государственного здравоохранения, то есть 1 из 20 фунтов стерлингов, поступает учреждениям, не входящим в систему NHS. И эту долю в результате реформы предполагается увеличить, сообщает Би-би-си.

Критики сегодня обвиняют правительство в попытке приватизировать NHS. По мнению главы Королевской коллегии врачей-терапевтов Клэр Джерады, реформа превратит NHS в тысячи отдельных конкурирующих медицинских учреждений, в результате чего процесс лечения окажется фрагментированным — пациенты будут вынуждены обращаться в разные учреждения, не связанные между собой. Для NHS будет очень дорого отслеживать все эти отдельные организации в рамках системы.

Только после мирового финансового кризиса маятник — пусть временно — качнулся в другую сторону, когда Гордон Браун был вынужден национализировать несколько разорившихся банков. Но даже тогда была ясная цель — вернуть эти компании в частные руки при первой возможности.

Когда в 2009 году Гордон Браун в целях сокращения госдолга разработал масштабные планы приватизации на сумму около 16 миллиардов фунтов стерлингов, обозреватели объявили его программу самой крупной распродажей активов со времен Тэтчер. Кто-то отмечал, что благодаря стараниям «железной леди», у правительства Великобритании, насколько можно было судить по списку предлагаемых на продажу объектов, «практически не осталось хороших активов».

После 2009 года. «Тэтчеризм 2.0»?

На выборах в мае 2010 года впервые в послевоенной истории Великобритании было сформировано коалиционное правительство, так как победившая по числу мест партия (консервативная) не получила абсолютного большинства.

Целью консерваторов с 2008 года было представить кризис глобального капитализма как кризис госрасходов. Приватизировав букмекерскую контору Tote, объявив о продаже Northern Rock и дальнейшей денационализации других банков, они указали, что будет продана и Королевская почта, а также дороги и значительные сектора образовательной системы и здравоохранения. Даже службы полиции, традиционного союзника консерваторов, частично будут переведены в частный сектор. Аутсорсинг будет развиваться во всех возможных направлениях.

Но, если сравнивать с 1980-ыми, цель сейчас не в том, чтобы прежде всего сократить госзаимствования. Тори понимают, что продолжающийся экономический кризис — это не только бюджетная или финансовая проблема. Буксует частный сектор. Корпорации располагают триллионами, но не видят реальных возможностей их использования для прибыльных инвестиций. Американские компании имеют в резерве 1,7 трлн долларов, в еврозоне в частном секторе скопилось 2 трлн евро, у британского бизнеса незадействованных средств около 750 млрд фунтов, пишет The Guardian. И хотя идеологически консерваторы сейчас не имеют таких уверенных позиций, как в 1980-ые, судя по масштабам предлагаемых приватизаций, они рассчитывают преодолеть любое сопротивление.

В историческом контексте приватизация, по всей видимости, отвечает на несколько дилемм, стоящих перед тори, резюмирует The Guardian. Распространяя рыночные стимулы, она размывает госсектор — базу политики лейбористов. Открывая перспективу получения прибыли в госсекторе, она вовлекает в оборот значительный объем капитала. Ослабляя влияние работников госсектора, она сдерживает взвинчивание заработной платы, то есть в теории повышает привлекательность инвестиций. Более того, благодаря рыночным принципам распределения ресурсов, приватизация благоприятствует тем, кто лучше всего контролирует рынок и — как получается в данном случае — тем, кто составляет социальную базу консерватизма.

Рекомендуем:

  • Фотоистории