16+
Пятница, 19 января 2018
  • BRENT $ 68.61 / ₽ 3886
  • RTS1278.13
15 июня 2009, 20:51 ФинансыСтрахование

Александр Григорьев: «Демпинг проник в страховые компании»

Лента новостей

Генеральный директор компании «Ингосстрах» рассказывает Business FM о демпинге на страховом рынке, об экзотических страховых продуктах, а также о необходимости развития сельхозстрахования

Александр Григорьев. Фото: ИТАР-ТАСС
Александр Григорьев. Фото: ИТАР-ТАСС

Генеральный директор компании «Ингосстрах» Александр Григорьев рассказывает Business FM о демпинге на страховом рынке, об экзотических страховых продуктах, а также о необходимости развития сельхозстрахования.

— Насколько часто сейчас, в условиях кризиса, страховые компании обращаются к демпингу? Чем это грозит рынку?

— Демпинг, конечно, это главный риск. С одной стороны, он возник объективно, сказалось и падение ВВП, и ухудшение финансового положения значительного количества компаний и населения. Все это, естественно, привело к меньшей склонности тратить деньги на страхование. Но многие субъекты финансового рынка — частные лица, компании, банки — все равно понимают, что защищать свое имущество и ответственность нужно, но при этом возникает объективное требование к экономии. То есть желание сэкономить на страховании. И когда 3–4 года назад речь шла об экономическом подъеме, даже если неудачно застраховал или не застраховал, то за счет прибыли и подъема возникший будущий ущерб можно было гасить самостоятельно. Это касается и компаний и людей. В условиях кризиса, конечно, таких возможностей меньше.

Но, с другой стороны, падение ВВП означает и уменьшение страховых сборов — это производная. И страховые компании, особенно среднего или крупного размера, прекрасно оценивали риск. И возникла субъективная тенденция, а именно, желание компаний удержать сбор премий любым путем. Это значит, пошло понижение тарифов. Но здесь можно идти по пути четкого расчета и объективного понимания, где тот минимально возможный тариф. Ведь демпинг — это не просто самый низкий тариф, а тариф ниже обоснованного. И многие компании эту обоснованную нижнюю границу прошли в погоне за клиентами. К сожалению, сейчас можно приводить даже не десятки, а тысячи примеров по всей стране, когда страховщики — и средние, и крупные — опускаются до демпинга. Ярчайшие примеры, о которых и раньше говорили, страхование по в десятки раз меньшим тарифам, чем в прошлом году. Они ниже себестоимости, ниже стоимости страхования и так далее.

Главный риск и главная опасность заключаются в том, что демпинг, как серьезная и устойчивая тенденция, проник в первую двадцатку страховых компаний. Если год назад казалось, что этим будут баловаться малые и средние страховщики, просто потому, что у них нет других шансов, и они попытаются путем снижения тарифов удержать клиентов, то, к сожалению, жизнь показала, что на такой путь встали и крупные страховые компании. А у крупной страховой компании больше капитала, больше резервов, и менеджерам кажется, что, идя по пути демпинга, можно проскочить этот тяжелый период, а потом выправиться.

Но страховая пирамида, которая строится при демпинге, очень многим не позволит проскочить — просто не хватит ликвидности, учитывая, что этот кризис долгий. И прироста страховых премий, такого как в годы с 2004 по 2007, просто не будет, а будет постепенное сокращение. И страховая компания, строя такую пирамиду, попадает в очень жесткие ножницы. У нее сокращаются премии. Кроме этого, она демпингует, привлекает новые премии текущего года уже по гораздо меньшим тарифам. Страховые резервы, соответственно, создаются во много раз меньшие, а выплаты никуда не деваются. Они, наоборот, нарастают. И то, что называется коэффициентом убыточности или комбинированным коэффициентом, начинает резко возрастать. И в определенный момент, утром, финансовый директор страховой компании проснется, а у него требование к платежу на 100 единиц, а на счете — 80. То есть, как говорится, приехали.

В этом случае начинается кризис ликвидности. Первой попыткой компании его преодолеть всегда является задержка выплат. И менеджерам кажется, что они в состоянии это делать. Сейчас мы на рынке видим значительное количество компаний, которые на это уже пошли. По такому признаку можно определить, что у страховщика проблемы с ликвидностью. Например, уже многие компании платят только по суду.

Я читал статьи о ситуации в Татарстане, Самаре. Местные журналисты пишут о том, что у них уже есть списки компаний, которые с клиентами рассчитываются только, когда есть решение суда. А в нормальном, добровольном плане — нет. В принципе, какое-то время в таком формате страховая компания может продержаться. Но здесь есть два эффекта: во-первых, нарастает количество жалоб и судов, жалобы сразу идут в надзор, и возникает ситуация снежного кома, когда уже все вокруг начинают видеть, что эта компания не платит. И второе, те клиенты, которые приходили за страховой защитой, а увидели, что нужно идти в суд, на следующий год в этой компании страховаться не будут. Поэтому примерно с лагом в год этот процесс может осложнить ситуацию до предела. То есть просто страховая компания сама рубит сук, на котором сидит.

Сейчас, в июне, говорить, что какая-то страховая компания из первой двадцатки уже испытывает серьезные проблемы с ликвидностью, еще рано. Такого, на мой взгляд, не происходит. Понятно, что коэффициенты ликвидности у разных компаний из первой двадцатки разные. Но в целом они пока не подошли к этой черте. Вопрос в другом. Если они демпингуют, а это началось в IV квартале, то к концу этого года, то есть за год, проблемы с ликвидностью накопятся, в том числе у крупных компаний. И это важно осознавать. Мы видим, например, как значительное количество средних и мелких компаний плохо платит по суброгациям, то есть во взаиморасчетах между собой. Это, кстати, особо тревожно, потому что по одному из главных страхований — по ОСАГО — с 1 марта введена система двухстороннего клиринга, и расчеты между компаниями идут на постоянной основе. Если значительное количество страховщиков по ОСАГО попадет в зону турбулентности, в зону критической ликвидности, они перестанут рассчитываться, а это значит, что в действие вступят резервы РСА. И это уже будет предвестием достаточно серьезного кризиса ликвидности системы.

— Страховые компании изобретают все новые маркетинговые акции и соревнуются между собой в креативности. Предлагают ли они при этом какие-то новые страховые продукты?

— С началом кризиса страховые компании вообще пересмотрели свои продуктовые линейки. Иногда встречаются совсем уж неожиданные экзотические виды страховых продуктов, предлагаемые непонятными компаниями. Мне особенно запомнилась одна из компаний, предложившая страхование собак от потери работы. Очевидно, имелись в виду собаки-поводыри. Даже в газетах напечатали, что презентован новый продукт. Смешно, конечно, с точки зрения размера рынка такого продукта. Но такая экзотика была.

Вполне серьезно обсуждался вопрос страхования трудящихся от потери работы. Но эти, абсолютно непрофессиональные идеи не нашли своего воплощения.

Говорить о кардинальных изменениях продуктов, наверное, не стоит, такого не произошло. То, что характерно для весны: возникли маркетинговые акции, видоизменения продуктов, нацеленные на привлечение клиентов, на удешевление страховок. Наиболее одиозные, у меня язык даже не поворачивается назвать их продуктами, это предложение КАСКО на 10% дешевле любой другой компании. То есть вы приходите к ним с вашим действующим тарифом и получаете тариф на 10% ниже. В свое время я назвал это «страховой шизофренией». Они, так сказать, увлеклись рекламной акцией. Сейчас, если смотреть на рынок, вся Москва завешена плакатами «АльфаСтрахования» с программой «50 на 50». «Росно» вывела продукт, он называется «Каско-сказка». Это видоизменение нормальных продуктов с упором на франшизу. То есть то, что сейчас завоевывает рынок — это продуктовое предложение с франшизой, если говорить о автостраховании.

Хочу напомнить, несколько лет назад «Ингосстрах» выступал с предложением ввести обязательную франшизу, но страховой рынок нас тогда не поддержал. Сейчас кризис. И клиенты, и сами страховщики увидели, что франшиза действительно является достаточно универсальным средством, которое позволяет клиенту сэкономить. А если он хороший клиент, то и получить адекватное возмещение. Понимая, что если он хороший клиент, мало врезается, то у него и франшиза не будет задействована. И, в этом смысле, если говорить об автостраховании, продукты с франшизой сейчас завоевали спрос. Внешне такое визуальное оформление, как названия «Каско-сказка» или «50 на 50» — это изобретение маркетологов, но смысл в том, что это франшизные продукты.

Можно назвать и продукт, который резко уменьшился в объеме — это страхование ответственности.

— Сейчас много говорят о сельхозстраховании. Это тоже продукт кризиса?

— В нашей экономике сельскохозяйственное производство является локомотивом, который позволит стране выходить из кризиса — с учетом наших территорий, природных запасов, традиций и т. д. При этом хочу подчеркнуть, что потребление сельскохозяйственных продуктов, в отличие от нефтянки, — это внутренний рынок, это та жемчужина, за которую макроэкономика должна держаться. В этих условиях поддержка сельскохозяйственных работ, производителей, их реальное страхование, конечно, должны развиваться.

Последнее же решение, насколько я знаю, — объем финансирования сельхозстрахования с господдержкой был сокращен с 6 до 2 миллиардов рублей. Я не вижу логики в этом решении. Логичнее было бы, наоборот, развивать это направление. «Ингосстрах» и ряд других крупных страховых компаний-членов НСА — мы категорически против предыдущего механизма страхования с господдержкой, который рассматриваем как коррупционный, не отражающий интересы ни государства, ни сельхозпроизводителей.

31 декабря 2008 года правительство приняло, на наш взгляд, абсолютно верное постановление — № 1096. Против него разразилась гигантская война. Все, кто учувствовал в предыдущей схеме, естественно, постарались дезавуировать новые правила. Даже председателю правительства поступали письма от отдельных ассоциаций о том, что это решение неправильное. Хочу еще раз всем этим «коллегам» подтвердить: это абсолютно правильное постановление, которое четко отделяет сельхозстрахование от, извините, деления и пиления государственных денег.

Сельскохозяйственное страхование надо развивать. Потому что у производителя на селе посадки могут вымерзнуть, их может побить град и т. д. А деньги на сельскохозяйственное производство дает, опять же, государство — напрямую или через Россельхозбанк. И в этих условиях, наоборот, нужно страховать большие площади, большее число объектов. Надо распространить это страхование и на животноводство, и на птицеводство.

Мне кажется, что кто-то из экспертов здесь, недодумал. Я не вижу здесь никакого злого умысла, а просто недостаток профессионализма в понимании — насколько важно дотировать кредитные ставки и расширять объемы сельхозкредитования для производителей. И здесь абсолютно правильным решением было бы привлечение к этой программе Россельхозбанка и Сбербанка. Но почему-то вопрос страхования, которое является универсальным механизмом защиты сельхозпроизводителей, решили отложить. Я считаю, это неправильно, это серьезная ошибка в макроэкономическом планировании на 2009–2010 годы.

И мы, и наши коллеги из ведущих компаний развиваем это направление. Мы убеждаем сельхозпроизводителей, проводим семинары, даем рекламу и т. д. Знаю, что наиболее ответственные сельхозпроизводители уже давно страхуются, независимо от того, есть у них господдержка или ее нет. Но с господдержкой этот механизм вошел бы в каждый сельский дом, и стал бы естественной процедурой при сельскохозяйственном производстве.

Рекомендуем:

  • Фотоистории