16+
Понедельник, 22 июля 2024
  • BRENT $ 82.96 / ₽ 7302
  • RTS1076.63
28 июня 2019, 06:52 Общество

Владимир Путин призвал выйти из кустов. Комментарий Георгия Бовта

Лента новостей

«Система, при которой частный бизнес зарабатывает на том, что государство делегирует ему свои функции контроля и надзора, кажется порочной. Получается, что контроль за выполнением закона приносит больше прибыли частникам, чем сборов в региональный бюджет», — считает политолог

Георгий Бовт.
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

Выступая 26 июня на заседании Госсовета по развитию автодорог и безопасности дорожного движения, Владимир Путин потребовал не прятать камеры видеофиксации на дорогах, заявив, что видеокамеры устанавливают для снижения аварийности и сохранения жизни людей, а не для того, чтобы собирать штрафы. Уже на следующий день многие стали отчитываться о проделанной работе. Может ли что-то измениться?

Первыми на призыв Путина «выйти из кустов» откликнулись подмосковные власти, опубликовав интерактивную карту расстановки комплексов видеофиксации на дорогах региона. На ней теперь отмечены как стационарные, так и передвижные комплексы. С 2017 года была карта только стационарных камер, которых в области 1200 штук, передвижных комплексов — 200. Однако, насколько можно понять, на карте не обозначены те камеры, которые взяты частными фирмами в концессию и которые работают за свой немалый процент в рамках частно-государственного партнерства. И таких камер в подмосковном регионе многие сотни.

Это в буквальном смысле настоящая «засада». Любой автомобилист знает, что именно такие частники, работающие порой на обычных машинах, устанавливают мобильные камеры на обочинах самым подчас подлым образом и не в самых опасных, а в безопасных местах. Выиграв тендер, они получают такое право. Стоимость таких мобильных радаров колеблется от 500 тысяч до 2 млн рублей в зависимости от комплектации. С каждого штрафа владелец камеры получает фиксированную премию вне зависимости от его размера. В Подмосковье эта сумма в прошлом году составляла 233 рубля. Тогда как средняя сумма штрафа с учетом 50-процентной скидки при оплате составляет 340 рублей.

Получается, что в бюджет региона попадает чуть более 100 рублей. В день в Подмосковье фиксируется от 50 тысяч до 70 тысяч нарушений. По официальным данным, самый крупный частный подмосковный оператор камер только за полгода заработал около 250 млн рублей. В день — около 11 млн. За тот же день государство получило 5 млн. Оно, конечно, лучше, чем ничего.

Среди регионов есть свои рекордсмены. Так, в Ингушетии, Дагестане, Костромской области и в городе Севастополе частные компании в 2018 году получили более 60% средств, поступивших от штрафов в бюджеты, выписанных с помощью видеокамер, а в Еврейской автономной области — 90%.

При этом перед такими камерами, как правило, отсутствует предупреждающий знак, который есть обычно перед стационарными камерами и заставляет водителей снижать скорость. Предупреждающий знак, вообще-то, положен по закону, однако для мобильных комплексов сделано исключение. При этом с ГИБДД частник — оператор камеры согласует лишь отрезок дороги, где она может быть установлена, но вот конкретное место на этом отрезке остается на усмотрение оператора. То есть он буквально может спрятать камеру в кустах, а еще установить с таким углом наклона, что она автоматически будет прибавлять к установленной скорости пять-семь километров. В среднем такой договор в разных регионах страны рассчитан на 12 лет с обязательной передачей затем в региональную собственность системы по истечении срока контракта.

Ранее в правительстве уже предлагали сократить этот срок до пяти-шести лет. Однако теперь, учитывая, какое раздражение — и, соответственно, рост социальной напряженности — вызывают такие формы взимания поборов с автомобилистов, а также учитывая вмешательство Путина, возможно, дело ускорится.

Представители партии парламентского большинства, уже уловив сигнал от Путина, тоже активно заговорили о том, что функции контроля за безопасностью дорожного движения надо полностью передать государству. А ведь нынешняя практика была юридически оформлена именно Думой этого состава.

Возможность организации системы видеофиксации в регионах за счет бизнеса появилась после поправок в закон об автомобильных дорогах, принятых в 2016 году. Кстати, произошло это одновременно с введением системы сбора платы с большегрузов под названием «Платон», которая тоже является ровно такой же формой частно-государственного партнерства. Притом что за год до этого, когда власти Удмуртии предприняли было попытку привлечь частный бизнес для фиксации нарушений на дорогах, республиканское управление ФАС признало концессию незаконной и выиграло судебный иск. Но удмуртский случай прецедентом не стал, как видим.

Сама система, при которой частный бизнес зарабатывает на том, что государство делегирует ему свои функции контроля и надзора, кажется порочной. Получается, что контроль за выполнением закона приносит больше прибыли частникам, чем сборов в тот же региональный бюджет. Так можно далеко зайти. Передать на аутсорсинг частникам, скажем, сбор налогов, защиту государственных границ, содержание тюрем и армии. А налоги тогда за что платить? Может, обойдемся одними штрафами?

Рекомендуем:

Фотоистории

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию