16+
Понедельник, 20 января 2020
  • BRENT $ 65.35 / ₽ 4023
  • RTS1637.75
20 декабря 2019, 06:24 Общество

Семьдесят один вопрос и ответ обо всем в стране. Комментарий Георгия Бовта

Лента новостей

«Владимир Путин допустил возможность убрать слово «подряд» применительно к запрету избираться президенту после второго срока. Это замечание даст простор для новых спекуляций», — полагает политолог

Георгий Бовт.
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

Президент России Владимир Путин провел свою уже 15-ю по счету ежегодную большую пресс-конференцию. Был в очередной раз побит рекорд по количеству аккредитованных представителей СМИ — 1895. Мероприятие длилось четыре часа 18 минут, абсолютный рекорд по продолжительности был 4:40. Путин ответил на 71 вопрос. Что было самым примечательным?

Ежегодная пресс-конференция президента сродни традиционному сеансу политической психотерапии, во время которого общенациональный лидер, выступающий одновременно в роли всероссийского «доктора Айболита», спокойно и уверенно отвечает, что он, во-первых, в курсе всех проблем в стране, причем, как правило, в мельчайших подробностях, а во-вторых, все эти болезни излечимы, и его «хирурги» и «терапевты» уже работают над этим. Если надо, он лично пошлет на место.

Есть, к примеру, проблемы в мусорной реформе? О которой в прошлом году Путин предпочитал не говорить, а теперь решил ответить на недисциплинированный выкрик с места. Есть. Но мы лишь в самом начале пути, все наладится. Есть проблемы с оплатой труда медиков? Тоже есть. Но вот смотрите, приглашает президент вникнуть в сложность ситуации: если просто взять и повысить тарифы ОМС, то это приведет к неблагоприятным последствиям в других сферах. Так и с импортными лекарствами: что надо закупим, но и не надо забывать об импортозамещении. Кстати, последний тезис — хорошая иллюстрация того, что Путин практически никогда на таких мероприятиях не дает однозначного ответа: старается быть объективным и, если надо, то обтекаемым в формулировках — «с одной стороны, с другой стороны». К тому же не в его стиле раздавать «простые решения» в таком формате, как на селекторном совещании. Это было бы уже по-лукашенковски.

На вопрос об одном из самых обсуждаемых законопроектов последнего времени — о домашнем насилии — президент ответил уклончиво: мол, у него нет однозначного отношения. Он явно не хочет вступать в конфликт с консерваторами и православными ортодоксами. Зато по поводу пенсионной реформы сказано четко: нет, новый вариант не обсуждается, повышения возраста выхода на пенсию не будет, а индексацию пенсий проведем.

В этот раз практически не было «жалоб на плохих бояр» с мест. Так что Путину не пришлось устраивать «разносы», проводить водопровод или газ в отдаленную деревню, решать вопрос с незаконным увольнением недоплаченного врача или учителя. Ответил только по уже отставленному с поста иркутского губернатора Левченко — мол, не справился. Конкретных обещаний тоже старался не раздавать. Скажем, мост через Обь будет, но это есть в нацпроектах. Разве что школу для изучения алтайского языка обещал сохранить. Про нацпроекты говорилось мало, но только на их основе, дал понять президент, можно говорить о повышении благосостояния. В спорах между сторонниками таргетирования инфляции и теми, кто выступает за аналог «количественного смягчения» и дешевые кредиты, президент явно на стороне Эльвиры Набиуллиной.

По таким политическим вопросам, как регулирование интернета и «иностранные агенты», акценты, кажется, расставлены четко, отступлений от текущей политики ждать не стоит. Во-первых, «суверенный интернет» — не значит изолированный, считает Путин. Во-вторых, термин «иностранные агенты» придумали американцы в 30-х годах. В-третьих, не надо расширительного толкования, а медицинским и экологическим НКО можно дать послабления. Что касается «дела Голунова», то сетования адвокатов журналиста на то, что против тех, кто подбросил ему наркотики, нет уголовных дел, уже не актуальны. Уже есть. Как говорится, Путин все видит.

Внешней политики практически не было. Впрочем, небольшой сенсацией можно считать то, что Путин полностью проигнорировал вопрос о том, сможет ли он стать главой Союзного государства России и Белоруссии. Слухи, гуляющие в политических кулуарах, рассматривают такой вариант как один из способов продления его правления после 2024 года. Возможно, правда, президент пропустил мимо ушей этот вопрос, чтобы не сорвать и без того непросто идущие переговоры о дальнейшей интеграции двух стран с Лукашенко.

Проблема политического транзита — 2024 аукнулась еще и в вопросе о том, не собираются ли править конституцию. Подразумевая, что такая правка может также послужить вариантом продления правления Путина. О своих планах на после 2024 года он, разумеется, не ответил, что делает уже не в первый раз. Однако допустил возможность убрать слово «подряд» применительно к запрету избираться президенту после второго срока. Это замечание даст простор для новых спекуляций: что же он на самом деле имел в виду? Впрочем, формат ежегодных пресс-конференций — не тот, где президент поделится своими мыслями по поводу «проблемы 2024 года». А для следующей ежегодной пресс-конференции можно уже приготовить такой вопрос из этой же области: «Если в результате внесения поправки в конституцию будет удалено слово «подряд» применительно к запрету баллотироваться более чем на два срока, то не будет ли это означать, что все предыдущие президентские сроки действующего президента будут как бы «обнулены» и отсчет пойдет уже по новым правилам?»

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию