16+
Пятница, 18 июня 2021
  • BRENT $ 72.47 / ₽ 5231
  • RTS1660.27
31 мая 2021, 02:40 Политика

О чем говорили Путин и Лукашенко, знают только дельфины. Комментарий Георгия Бовта

Лента новостей

Усложнит или упростит экономическая блокада Белоруссии со стороны Запада обсуждение двусторонней российско-белорусской повестки?

Георгий Бовт.
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

В Сочи завершились двухдневные переговоры президентов России и Белоруссии Владимира Путина и Александра Лукашенко. Официальная часть длилась более пяти часов, на следующий день прошло неформальное общение в ходе прогулки по морю. Предварительно в Кремле сообщали, что главы государств намеревались обсудить совместные проекты в торгово-экономической, энергетической и культурно-гуманитарной сферах, а также вопрос продвижения интеграции в рамках Союзного государства.

Перед началом встречи Лукашенко сообщил, что привез с собой документы о происходящем в республике в связи с инцидентом с самолетом Ryanair. «Я захватил некоторые документы, покажу вам, чтобы вы понимали, что происходит», — сказал он российскому коллеге. Путин, упоминая о произошедшем, согласился, что ситуация вокруг рейса ирландского лоукостера является «всплеском эмоций». Заявления для прессы запланированы не были изначально. О чем говорили президенты и почему так долго?

По итогам встреч Путина и Лукашенко официальные источники традиционно скупы по поводу результатов переговоров, обычно весьма длительных. Это уже третий визит Лукашенко в Россию только в этом году. При этом в феврале в Сочи переговоры длились более шести часов. Содержательными итогами нынешней встречи объявлены лишь договоренности о втором транше российского кредита для Белоруссии, согласованном еще осенью, об открытии новых рейсов «Белавиа» в российские города, а также обсуждение судьбы задержанной в ходе перехвата самолета Ryanair россиянки Софьи Сапеги, спутницы также арестованного оппозиционера Протасевича.

Слова Дмитрия Пескова о том, что ее судьба «небезразлична» Москве и что МИД будет «самым внимательным образом» отслеживать ее судьбу, внушают некоторые надежды. Что касается белорусской государственной авиакомпании, то ее глава Игорь Чергинец уже успел заявить, что даже в ситуации полной блокады со стороны Запада полеты в Крым из Минска не планируются, так как Белоруссия по-прежнему официально не признает российскую принадлежность полуострова.

В остальном СМИ оставили лишь возможности описывать мелкие детали встречи: как катались на катере, как любовались ко времени подоспевшими дельфинами и как Лукашенко все же искупался в море, несмотря на прохладную температуру воды.
За кадром осталось то, как Москва и Минск собираются противодействовать западным санкциям, а ведь вопрос наверняка обсуждался. Однако явно не располагал к открытости, ведь речь идет по сути о спецоперации. Как раз на днях США подтвердили, что возобновляют санкции против девяти белорусских предприятий нефтехимии, вот они: «Нафтан», «Белнефтехим», «Белнефтехим США», «Белорусский нефтяной торговый дом», «Белшина», «Гродно Азот», «Гродно Химволокно», «Лакокраска», «Полоцк Стекловолокно».

Впервые ограничения были введены в 2006 году — после того, как США не признали итогов тогдашних президентских выборов в республике. Однако начиная с 2015 года после освобождения всех белорусских политзаключенных и на фоне стремления Минска нормализовать отношения с Западом действие санкций было приостановлено. Приостановка продлевалась путем выдачи спецлицензий. О прекращении их выдачи США объявили еще до инцидента с самолетом, в конце марта.

Теперь же на фоне уже прозвучавших заявлений представителей ЕС о том, что Европа будет координировать свои санкции против Минска с Америкой, весь белорусский экспорт продуктов нефтехимии в Европу, произведенных в том числе из российской нефти и приносивший несколько сотен миллионов долларов в год, может быть поставлен под удар. А запрет на долларовые расчеты этим организациям, а также угроза вторичных санкций для контрагентов могут отпугнуть даже российские компании. Сохраняется вероятность, что под санкции попадет и основная статья белорусского экспорта, приносящая от 2,5 млрд до 3 млрд долларов в год, — калийные удобрения. Поскольку они почти все вывозятся через литовскую Клайпеду, то доходы от транзита — это, пожалуй, последнее, что может остановить эмбарго.

Что же касается собственно российско-белорусских отношений, то, несмотря на частое и длительное общение двух президентов, нельзя сказать, что они продвинулись по пути интеграции в рамках Союзного государства так уж далеко по сравнению с тем, когда в конце 2019 года Лукашенко отказался подписывать пакетом 31 «дорожную карту интеграции». В начале нынешнего года сообщалось, что большинство из них были «переработаны» правительствами и осталось согласовать еще шесть-семь. В каком нынче состоянии находится вопрос, общественности неизвестно. И возможно, столь частое и длительное общение лидеров объясняется не только тем, что им так приятно вместе проводить время, а также важно показать тому же Западу, что Россия своего союзника в беде не оставит, но и тем, что Лукашенко по-прежнему неуступчив по многим ключевым вопросам. И даже несмотря на нынешнюю блокаду со стороны Запада, он стремится максимально использовать ситуацию, понимая, что не только ему нужна помощь России, но и Москве он нужен — в качестве то ли «форпоста», то ли «последнего редута» на западном направлении. Эта роль стоит очень дорого, особенно если уметь ее хорошо продавать.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию