16+
Среда, 20 октября 2021
  • BRENT $ 84.42 / ₽ 5986
  • RTS1900.04
23 сентября 2021, 00:57 Политика

Верховный суд высказался в пользу бедных. Комментарий Георгия Бовта

Лента новостей

Высшая инстанция смягчила приговор россиянину, который получил три года колонии за контрабанду сигарет. ВС заменил срок на условный. Суд учел, что на преступление мужчина пошел из-за тяжелых жизненных обстоятельств. Получит ли развитие данный почин?

Георгий Бовт.
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

Верховный суд призвал не сажать в колонию людей, пошедших на нетяжкие преступления из-за бедности. Об этом 22 сентября говорится в определении судебной коллегии по уголовным делам. Поводом послужил приговор жителю Ростовской области, который на лодке контрабандой перевез из Украины сигареты. Его приговорили к трем годам колонии, защита выступила с просьбой заменить срок на условный. Адвокат на суде сообщил о тяжелом материальном положении осужденного: больные дети, престарелые родители на иждивении, неработающая супруга. Сам мужчина потерял низкооплачиваемую работу и не нашел новую. Как сообщается в определении судебной коллегии, осужденный совершил преступление, обусловленное затруднительным материальным положением. Указывалось, что вывод суда о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества нельзя признать законным. В результате реальный срок был заменен на условный.

Тема гуманизации уголовного законодательства в России поднимается давно, причем Верховный суд выступает одним из основных закоперщиков. Правда, тезис о бедности как своего рода индульгенции на случай преступления ранее особо не поднимался. Означает ли, например, нынешнее решение, что бедные отныне смогут чувствовать себя более безнаказанно в случае совершения одних и тех же преступлений, чем люди более состоятельные? Не нарушает ли это равенства перед законом? К тому же бедностью можно много что оправдать. Например, массовое браконьерство в заповедниках. Мелкое воровство. Но не «детишкам на молочишко», а на пиво или просто по причине общей люмпенизации человека, его семьи, да и многих жителей депрессивного поселка или города.

Гуманизация уголовных наказаний в нашей стране идет давно. За последние десять лет число заключенных сократилось более чем в полтора раза, до менее полумиллиона человек. Россия занимает 26 место в списке стран по количеству заключенных по данным ICPS. В расчете на 100 тысяч россиян, за колючей проволокой живет 327 человек (по данным на май 2021 года). Тройка лидеров — Сальвадор, Туркмения, Руанда.

Отчасти, но лишь отчасти, сокращение числа заключенных у нас — это отражение общемировой тенденции к сокращению вообще насильственных преступлений. Многие преступления перемещаются в виртуальное пространство, где их раскрываемость в разы ниже. Помимо этого, еще со времен президентства Медведева за нетяжкие преступления уже начали активнее наказывать не лишением свободы, а штрафами, обязательными или принудительным работами. Появились и формы ограничения свободы, не связанные с колонией. Минюст предлагает еще сильнее разгрузить колонии — на десятки тысяч человек за несколько лет — за счет расширения сети исправительных центров и перемещения заключенных туда. В основе предложения — в том числе стремление сэкономить на содержании зеков.

Сокращению их численности, кстати, способствовало и исключение побоев из числа уголовных преступлений, и декриминализация мелких краж (до 1 тысячи рублей).

Доля приговоренных к альтернативным видам наказания выросла за десятилетие с 32% до 44-46%. Однако суды по-прежнему отправляют людей за решетку в 29-33% случаев. Количество условных приговоров за те же десять лет сократилось на 10%. Российские суды по-прежнему выносят менее 1% оправдательных решений. Подавляющее большинство заключенных по-прежнему сидят за нарушения малой и средней тяжести, таких приговоров назначается более 80% (за нетяжкие преступления). Одна из главных причин такого явления — то, что российские правоохранители по-прежнему нацелены на формальные показатели раскрываемости, «палочная система» так и не изжита.

У нас раскрываемость традиционно гораздо выше, чем в Европе, — чуть менее половины преступлений против собственности и более 80% преступлений против личности. В подавляющем большинстве случаев — более 90% — в уголовных делах содержится признание подозреваемого. То есть правоохранители прежде всего берут в работу простые дела с уже «готовыми» подозреваемыми.

Тот же Верховный суд уже не первый год предлагает ввести в Уголовный кодекс понятие «уголовный проступок» — «совершенное лицом впервые преступление небольшой тяжести, за которое не предусмотрено наказание в виде лишения свободы». Предлагалось отнести к такой категории 112 составов преступлений, включая 53 состава в сфере экономики. Только за 2019 год это могло бы освободить от лишения свободы почти 70 тысяч человек, из них почти 50 тысяч человек, совершивших преступления в сфере экономики. Однако за четыре года после появления данной инициативы законопроект не продвинулся ни на шаг. Теперь решили зайти с помощью аргумента «в пользу бедных». Хотя, возможно, к нашей правоохранительной системе следовало бы подойти совсем с другого конца.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию