16+
Понедельник, 22 апреля 2024
  • BRENT $ 87.14 / ₽ 8126
  • RTS1174.17
16 июня 2022, 15:45 Компании
Спецпроект: ПМЭФ-2022

Андрей Ефремов, «Лаборатория Касперского»: «Мы видим потенциал на Ближнем Востоке, в Азии, в Латинской Америке»

Лента новостей

По его словам, несмотря на сложную ситуацию с уходом западных вендоров, на российском рынке есть решения, функционал которых позволяет обеспечить защиту

Андрей Ефремов, директор по развитию бизнеса «Лаборатории Касперского»
Андрей Ефремов, директор по развитию бизнеса «Лаборатории Касперского» Фото: пресс-служба

В интервью BFM.ru директор по развитию бизнеса «Лаборатории Касперского» Андрей Ефремов рассказал об основных изменениях в области кибербезопасности, о росте числа атак, работе по созданию экосистемы, а также о перспективах и планах на будущее.

Петербургский форум — точка отсчета в бизнесе. В этом году он проходит в совершенно изменившихся обстоятельствах. Для компаний, работающих в области кибербезопасности, в том числе. Россию покинули многие вендоры, количество атак возросло не знаю во сколько раз или на какие порядки. Расскажите об уровне этих атак, в целом. Насколько они изменились? Изменилось ли что-то качественно в этих атаках или только количественно? Или одно переходит в другое?
Андрей Ефремов: И количественно, и качественно, мы видим, что работают, с одной стороны, школьники, с другой — профессионалы. Не секрет, в СМИ полно информации о том, что происходит. И серьезные наши госорганизации страдают: мы видим атаки, связанные с выходом из строя сервисов, таргетированные атаки. Много информации о взломе коммерческих сервисов, утечек данных. Мы видим рост информационных атак — инцидентов.
А чего больше, атак демонстративных, в которых задача — просто показать, что мы можем влезть? Или тех, что направлены на извлечение выгоды или причинение какого-то ущерба системе: чтобы она сломалась и не работала.
Андрей Ефремов: Думаю, что второй вариант. По понятным причинам, в условиях текущего конфликта, наверное, основная цель атакующих — создать определенный дисбаланс, определенное негативное настроение в обществе, продемонстрировать, возможно, слабость.
Бренд Kaspersky в кибербезопасности известен много лет во всем мире, но это чисто российский бренд. Тем не менее, мы знаем, что далеко не весь спектр услуг по кибербезопасности до сих пор закрывался российскими производителями, хотя у нас, помимо вас, еще есть целый ряд довольно успешных и известных компаний. Что является узкими местами в плане такого, если угодно, импортозамещения в кибербезопасности? С чем мы хорошо работаем, а с чем — не совсем. Где нужно восполнять потери?
Андрей Ефремов: Начну с первого момента, что да, мы — российский бренд, мы этим гордимся, но мы международная компания, и мы во многих странах присутствуем. Во многих странах, на самом деле, заказчики не знали, что мы — российский бренд. Например, в Германии думали некоторое время, что Kaspersky — локальный бренд.
Теперь по поводу вопроса о тех областях, где в России сейчас есть некоторые сложности. Исторически в области сетевой безопасности были такие игроки, как Cisco, Fortinet, Check Point, Palo Alto. До определенных событий они покрывали 90% рынка сетевой безопасности в России. Сейчас для компаний, которые использовали эти средства, это, на мой взгляд, открытые области, предполагающие появление возможных векторов атак. Если говорить о решениях класса SIEM, то в свое время ушел с российского рынка Splunk, но некоторые игроки остались. Для нас, российских вендоров, это возможности. Для крупного и среднего бизнеса — это вызов, необходимость быстро перестраиваться. Должен сказать, что, несмотря на подобного рода изменения, на рынке есть комбинации решений, которые могут в целом помочь заказчикам решать поставленные задачи.
«Лабораторию Касперского» не только мы, но и весь мир знает именно как конечное устройство защиты. А насколько глубоко вы вошли в SIEM?
Андрей Ефремов: Два года назад мы приобрели одну компанию, сделав ставку на развитие SIEM, как раз в момент ухода Splunk. Прежде всего, мы решали задачу собственной информационной безопасности. И это для нас был очень хороший триггер. Сейчас мы считаем, что мы создали решение, которое, с учетом дефицита оборудования, а также гибкости и масштабируемости, заложенной в наш продукт архитектурно, в ближайшее время сможет выйти на лидирующие позиции. Мы делаем ставку на этот продукт как на элемент экосистемы информационной безопасности для наших заказчиков.
Давайте более подробно объясним термин «экосистема»?
Андрей Ефремов: Экосистема предоставляет заказчикам возможность защититься от всех возможных векторов атак. Может, это амбициозно звучит, но поясню, почему мы считаем, что это достижимо. Мы предлагаем открытую масштабируемую технологическую платформу, которая позволяет использовать решения не только от «Лаборатории Касперского». Там, где мы, например, не можем закрыть компоненты пазла, мы готовы интегрироваться и предлагать механизмы для создания так называемой интегрированной защиты с использованием сторонних решений. При этом мы считаем, что компоненты, которые по отдельности могут где-то проигрывать, дают больший интегральный эффект, нежели разрозненные классические решения, за счет консистентности, за счет опыта, который мы приобрели в мире.
А недостающие компоненты в пазле для российских клиентов будут доступны? Или они будут быстро исчезать и придется заполнять весь пазл своими элементами, как вы думаете?
Андрей Ефремов: Задача будет решаться гибко. Одно решение заменять на другое в лоб никто не будет. На самом деле, решение «A» — это, возможно, комбинация решений «B» и «C». Поэтому, в целом, не думаю, что ситуация критичная. Многое зависит от зрелости организации и способности динамически перестраиваться. Время бросает вызов. Мы видим, что российские компании вполне справляются благодаря российскому инфобезу и специалистам на местах. Есть, конечно, громкие инциденты. Но в целом, я считаю, что мы выдерживаем.
Вы упомянули дефицит оборудования. Дефицитов, наверное, у нас будет много, но этот — один из критических. Он как-то уже ощущается, сказывается. Как с ним бороться?
Андрей Ефремов: Я не специалист по железу и оборудованию — это не наша область. И, пересматривая текущее положение вещей, мы делим домены на три части — прикладное программное обеспечение, системное программное обеспечение и железо. Железом занимаются другие компании. Если говорить про микроэлектронику, про электронно-компонентную базу, знаю, что есть дорожная карта, знаю, что в этом у нас определенное отставание. Для нас, «Лаборатории Касперского», 2022 год был запланирован как инвестиционный. И мы, к счастью, провели большую закупку, чтобы обновить оборудование, поэтому на данном этапе у нас на уровне компании все хорошо. Как будет дальше, смогут ли быть восстановлены цепочки поставок, — не знаю. Надеюсь, что все будет хорошо.
Опять же, вы упомянули, что вы в 30 странах присутствуете. И даже в некоторых странах «Лабораторию Касперского» считают родной компанией, как в Германии, например. Что сейчас изменилось на внешнем рынке?
Андрей Ефремов: Да, мы представлены как международная компания. Мы видим спад интереса, по понятным причинам, в Европе. В США с 2017 года наблюдается определенный отток интереса. Мы это пережили. В целом для нас эта турбулентность не то чтобы привычная, но мы имеем определенный опыт, как над перестраиваться. Мы видим потенциал на Ближнем Востоке, в Азии, в Латинской Америке. В прошлом году мы подготовили B2B- и B2C-стратегии, предусматривающие рост выручки до 1,4 млрд долларов. Мы задаемся вопросом, сможем ли мы такие таргеты выдержать, понимаем, что цель амбициозная. Да, наверное, мы замедлимся в развитии, но цель я как директор по развитию бизнеса менять не собираюсь. Мы пересматриваем и балансируем показатели. В России, по отношению к исходным на этот год целям, мы изменили целевые показатели выручки, подняли их на 42%. По другим странам и территориям — где-то снижаем, где-то повышаем.

Рекомендуем:

Фотоистории

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию