Для маркетплейсов это перестройка процесса, а не инвестиции в кадры или оборудование, такие затраты не потребуются, уточнил статс-секретарь — заместитель Минпромторга РФ Роман Чекушов
Статс-секретарь — заместитель Министра промышленности и торговли РФ Роман Чекушов. Фото: пресс-служба Минпромторга
В интервью Бизнес ФМ статс-секретарь — заместитель Минпромторга РФ Роман Чекушов рассказал о большом регулировании маркетплейсов, о новом налоге на импортные непродовольственные товары для ряда продавцов и об эффекте от присутствия китайских магазинов на российских онлайн-площадках.
В инфополе муссируется тема недовольства маркетплейсами со стороны разных участников цепочки взаимодействия. Говорят о том, что маркетплейсы ждет большее регулирование, в этой связи упоминают закон о платформенной экономике. Что по этому поводу говорит новая концепция торговли и как большее регулирование маркетплейсов скажется на потребителях. Эра супердешевых товаров на маркетплейсах подошла к концу?
Роман Чекушов: Во-первых, давайте разделим критерий дешевого товара между: дешевый товар за счет того, что он произведен в нарушение требований, установленных в Российской Федерации, и потому, что он контрафактный, не нес затраты ни на налоги, ни на пошлины, ни на что и произведен в несоответствующих условиях. Такой дешевый товар не должен продаваться в Российской Федерации вне зависимости от каналов продаж. Это надо отделять. Второй вопрос по поводу увеличения расходов и себестоимости продаж для маркетплейсов. В чем плюс, в большинстве своем эти решения не требуют наличия дополнительных рабочих мест, которые будут руками перебирать товар, дополнительных затрат на оборудование. Все эти решения внедряются через интеграцию с информационными системами. Если мы говорим про фулфилмент маркетплейсов и иного рода складские комплексы и логистические объекты. Это еще и система сканирования марок и штрихкодов, если мы говорим о внутренней системе прослеживания маркетплейса. Такие системы были изначально у них. Мы говорим о регулировке процессов и об интеграции информационных систем, которые не влияют на прямые расходы маркетплейсов. Резюмируем, что дополнительных объемных затрат, которые нужно будет перекладывать на размер комиссии, точно не будет. Если мы говорим про товар, официально произведенный либо официально завезенный в Российскую Федерацию, его стоимость не должна увеличиться никаким образом.
Так называемый цифровой черкизон закончился?
Роман Чекушов: Безусловно, не только цифровой, прошу не разделять.
В конце прошлого года были сообщения о новом налоге на импортные непродовольственные товары для ряда продавцов. Что это за налог, актуальна ли эта идея и какова позиция Минпромторга по этому вопросу?
Роман Чекушов: Во-первых, если товар поступает путем прямого импорта через ввоз коммерческой партии, весь объем фискальной нагрузки, которая предусмотрена для импортных товаров, уплачивается, включает в себя и таможенную пошлину, акциз, в случае если товар подлежит акцизу и по уплате ввозного НДС. То обсуждение, которое было в отдельных каналах, чатах и в средствах массовой информации, оно, скорее, касалось тех товаров, которые поступают через каналы трансграничной электронной торговли. Потому что как раз эти товары имеют отдельное регулирование с точки зрения фискальной нагрузки. У них буквально, по-моему, 31 декабря подписано органами Евразийского экономического союза решение по беспошлинному порогу 200 евро. Все, что свыше 200 евро, подлежит уплате пошлины 5%. Она примерно соответствует средневзвешенному таможенному тарифу. То есть понятно, что есть товары, которые в общем порядке вообще не подлежат уплате пошлины, есть товары, по которым пошлины уплачиваются в большем размере, чем 5%, есть и 10%, и 13%, и 15%, но средневзвешенный тариф чуть более 6%, поэтому 5% в целом более-менее выравнивает эту ситуацию. Другой вопрос в налоге на добавленную стоимость. Ведь товар, который заходит по каналу трансграничной электронной торговли, на сегодняшний момент НДС не уплачивает. Предполагается, что этот товар, который поступает от физлица в третьей стране к физлицу в Российской Федерации, это не является коммерческой партией. Наша задача здесь обеспечить, чтобы недобросовестные субъекты бизнеса не использовали каналы трансграничной электронной торговли для ввоза на территорию Российской Федерации больших коммерческих партий, потому что они начинают незаконным образом конкурировать и с российскими производителями, которые уплачивают НДС и все налоги, предусмотренные на территории Российской Федерации. Они начинают и конкурировать даже с каналом добросовестной трансграничной торговли, потому что за счет того, что производят коммерческие партии, могут снизить расходы на их производство, логистику и быть конкурентнее, чем продажа от физлица к физлицу. Обувная отрасль — это один из примеров, на самом деле их много. Это одежда, косметика, парфюмерия, бытовая химия — основные отрасли. Возвращаясь к вашему вопросу, вы спрашивали про дополнительный платеж, налог, пошлину, наверное, имеет смысл подумать над тем, чтобы внедрить некий платеж. Скорее всего, это должен быть НДС. Сейчас Минфин работает над предложениями по НДС для товаров, которые поступают по трансгранично-электронному каналу, чтобы выровнять эту фискальную нагрузку. Таким образом, мы уберем с рынка недобросовестную схему, потому что она будет по расходам такая же, как коммерческая. Поэтому да, такая дополнительная фискальная нагрузка Минпромторгом поддерживается.
Редакция часто получает письма от российских продавцов на маркетплейсах, и они жалуются на китайских продавцов на маркетплейсах, говорят о засилии китайцев. Отечественные селлеры говорят о том, что находятся в условиях неравной конкуренции, терпят убытки. Какова позиция Минпромторга по поводу засилья китайских магазинов на российских маркетплейсах?
Роман Чекушов: Вопрос многогранный, во-первых, наши китайские партнеры в целом в той ситуации, которая сложилась по многим отраслям промышленности, да и в части потребительских товаров, поддержали Российскую Федерацию и поставили на рынок то, что было необходимо. Поэтому говорить, что мы боремся с засильем китайских товаров, я считаю, не совсем корректно. Китай — наш большой партнер и в реальных кейсах помогал, подставлял плечо, в том числе и своими товарами как инвестиционного характера, так и потребительского. Второе, что касается конкуренции, действительно, к нам поступали жалобы, они связаны больше не с местом производства товара, а с той схемой, которую используют некоторые селлеры, базирующиеся в Китае. Мы даже не знаем, китайцы ли они или граждане других стран. Это не столь важно. Главное, что они поставляют товары из Китая. Это логистически удобно. Наша задача — убрать те схемы, которые ставят в неравное положение. Это и касается трансграничной торговли. Это касается возможности захода через маркетплейсы и непрохождения процедур, предусмотренных законодательством о техническом регулировании. Я имею в виду сертификаты либо декларации в зависимости от типа товара, который требуется. Это касается и маркировки. Наша задача — выстроить системные инструменты для того, чтобы конкуренция была честной и справедливой. Поэтому я бы не стал говорить о том, что мы каким-то образом боремся конкретно с китайскими производителями. Мы выравниваем эти условия.
