Призрачные переговоры в Исламабаде. Комментарий Георгия Бовта
Иран и США отменили переговоры в Исламабаде 22 апреля
Лента новостей
22 апреля в столице Пакистана должен был пройти второй раунд переговоров между Ираном и США. Обе стороны, судя по всему, хотят завершения конфликта, однако заперты в логике, при которой любой жест деэскалации воспринимается как поражение, а потому контуры мирного соглашения могут формироваться еще долго, считает политолог
На среду, 22 апреля, в Исламабаде был запланирован второй раунд американо-иранских переговоров. Но иранское агентство Tasnim накануне поздно вечером сообщило, что Тегеран не будет участвовать в переговорах и это решение окончательное. А Associated Press передает, что вице-президент США Джей Ди Вэнс, который должен был возглавить американскую делегацию, отменил поездку в Пакистан.
Трамп ранее грозился возобновить авиаудары по Ирану. Однако после того, как Иран отказался участвовать в переговорах, продлил режим прекращения огня до тех пор, пока Тегеран не представит свое предложение о мирном урегулировании. Об этом президент США написал в Truth Social, отметив, что делает это «по просьбе Пакистана». При этом он добавил, что морская блокада будет продолжена. Что дальше?
Белый дом действует согласно своей логике: мол, военное давление и морская блокада не препятствия для переговоров, а их необходимое условие. Вашингтон требует полного демонтажа всей ядерной программы, восстановления судоходства через Ормузский пролив, ограничения иранских ракетных программ, прекращения поддержки вооруженных группировок в регионе. Трамп уверяет, что после истечения срока перемирия продлевать его не намерен: «Я ожидаю бомбардировок, потому что считаю, что это более правильный подход к переговорам». Был задержан и еще один иранский танкер — вблизи Шри-Ланки. Это был второй захват за несколько дней.
Тегеран подает еще более противоречивые сигналы, которые могут указывать на острый внутренний конфликт. Публичная позиция остается жесткой. Иранское госагентство IRNA заявило, что блокада «нарушила перемирие с самого начала», посему «никаких перспектив для продуктивных переговоров не просматривается». Председатель парламента Мохаммад Багер Галибаф обвинил (ссылка ведет на заблокированную в РФ соцсеть Х) Трампа в попытке превратить переговоры в «стол капитуляции».
Однако за кулисами может быть иная картина. По данным издания Axios, верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи вроде бы все же дал согласие на переговоры, а промедление объясняется давлением Корпуса стражей исламской революции, который настаивал, что без снятия блокады не должно быть никаких переговоров. Посредники из Пакистана, Египта и Турции до последнего пытались добиться от Тегерана отправки делегации в Исламабад. Тегеран требует не только прекращения американской морской блокады, но и прекращения израильских атак на «Хезболлу» в Ливане, разморозку минимум 6 млрд долларов иранских активов, признание определенной формы иранского суверенитета над Ормузским проливом или хотя бы права взимать плату за проход и, наконец, снятия санкций. Также Тегеран требует сохранения права на мирный атом, включая медицинские нужды. Ядерная программа воспринимается как символ суверенитета, особенно «ястребами» из КСИР. При этом в Вашингтоне подозревают наличие раскола между иранской переговорной командой — председателем парламента Галибафом и главой МИД Арагчи с одной стороны и КСИР — с другой.
Эксперты, участвовавшие в переговорах по «ядерной сделке» 2015 года, отмечают: тогда проработка одних лишь технических деталей заняла месяцы. Так что и теперь в короткие сроки полноценного ядерного соглашения добиться будет невозможно ни при каком раскладе. К тому же в американской делегации изначально вообще не было специалистов по ядерной проблематике. А главные переговорщики от США, такие как Стив Уиткофф и Джаред Кушнер, к тому же не являются «звездами» от дипломатии.
Ключевую роль посредника играет Пакистан. Как в достижении первоначального перемирия, так и теперь он стремится сформировать устойчивый «Исламабадский процесс». К этим усилиям присоединились Египет и Турция, по которым дестабилизация региона бьет напрямую.
Наиболее острым для любого соглашения остается израильский вопрос. Биньямин Нетаньяху отказывается включать ливанскую «Хезболлу» в рамки ирано-американской сделки и готов продолжать удары до полного ее разгрома.
Возобновление ударов по Ирану возможно. Но они также неизбежно вызовут и иранский ответ, в первую очередь по нефтедобывающим странам Залива, еще сильнее дестабилизируя рынки не только энергоносителей, но и удобрений, продовольствия и многих других товаров.
Бывает, правда, что, несмотря на все грозные заявления, враждующие стороны продлевают перемирие «втихую», не признавая этого публично. Трамп может объявить о «техническом переносе» дедлайна, формально не называя это продлением. Это дало бы дополнительное время без потери лица. При наиболее прагматичном подходе можно было бы договориться об открытии Ормуза в обмен на смягчение блокады, оставив ядерное досье для следующего раунда. Это позволило бы снять остроту экономического шока от блокады пролива и выиграть время.
Вопрос в том, согласится ли Трамп на частичную сделку или будет настаивать на пакетном решении. Сложившаяся ситуация — это классическая «переговорная ловушка»: обе стороны вроде бы посылают сигналы готовности к диалогу, но при этом совершают действия, делающие этот диалог невозможным. В США Трамп не может «сдать назад» в главных вопросах без того, чтобы это восприняли как проявление слабости. В Иране КСИР не может позволить «умеренным» сесть за стол переговоров и диктовать свою повестку. Обе стороны заперты в логике, при которой любой жест деэскалации воспринимается как поражение. При этом обе стороны, судя по всему, хотят и выхода из конфликта. Вопрос в том, кто уступит первым и в чем именно.
Рекомендуем:
Рекомендуем:
