На 4 мая назначена беседа по иску к основателю «Русагро» Вадиму Мошковичу

Ранее Генпрокуратура предъявила ему, а также экс-главе агрохолдинга Максиму Басову многомиллиардный антикоррупционный иск об обращении имущества в доход государства. Оба они уже больше года находятся в СИЗО. В середине апреля суд арестовал банковские счета и другие активы фигурантов дела о мошенничестве в «Русагро» на 6,7 млрд рублей

У основателя «Русагро» Вадима Мошковича потребовали изъять имущество.
Генпрокуратура предъявила ему, а также экс-главе агрохолдинга Максиму Басову многомиллиардный антикоррупционный иск об обращении имущества в доход государства. На 4 мая назначена беседа по иску. Чем все это может закончиться для активов, связанных с миллиардером?

Среди ответчиков — также жена Мошковича, бывший топ-менеджер «Русагро» Сергей Трибунский с супругой и две компании. Генпрокуратура хочет изъять у них недвижимость, землю, деньги и бизнес-активы. Общая сумма, как писал «Интерфакс», превышает несколько миллиардов рублей.

Недавно суд уже арестовал активы по этом делу на сумму более 6 млрд рублей, из них Мошковичу, как писал ТАСС, принадлежит имущество на 3 млрд. Неясно, не заденет ли этот иск — напрямую или «по касательной» — главные активы, связанные с именем бизнесмена? В первую очередь «Русагро», один из крупнейших в России производителей подсолнечного масла, свинины и сахара. Бизнесмен был основным владельцем агрохолдинга до 2022 года. После того, как в отношении Мошковича ввели санкции, он снизил свою долю в бизнесе до 49%. Также он — сооснователь одного из крупнейших столичных девелоперов Level Group. Но там уверяли, что сейчас он не имеет отношения к компании.

Кроме того, миллиардер — основатель одной из лучших частных школ России «Летово», где многие ученики обучаются практически бесплатно, за счет стипендиального фонда. Целевой фонд «Летово» на момент создания школы в 2018 году составлял 120 млн долларов, были планы увеличить его до полумиллиарда. Но вопрос в том — что будет со школой дальше. Проректор по науке в Московском государственном психолого-педагогическом университете Сергей Косарецкий знаком с руководством «Летова» и пару месяцев назад участвовал в конференции на ее базе:

Сергей Косарецкий Проректор по науке в Московском государственном психолого-педагогическом университете «В моем общении и на конференции, и во время коммуникации с коллегами на площадках нашего университета относительно планов сотрудничества я не почувствовал никаких сигналов неуверенности в будущем. Напротив, мы обсуждали планы именно долгосрочного сотрудничества. Насколько я знаю, у школы есть круг партнеров, которые продолжают оказывать ей поддержку. На мой взгляд, школа по-прежнему находится среди лидеров российского образования, и, хотя международное сравнение в последние годы затруднительно, уверен, что она продемонстрировала бы достойные показатели в международном сравнении».

Изначально Мошковичу были предъявлены обвинения по классической предпринимательской статье — «мошенничество в особо крупном размере». Позже добавились еще статьи о легализации денежных средств и преднамеренном банкротстве. Обвинение считает, что Мошкович и бывший гендиректор «Русагро» Басов купили права требования к компании «Солнечные продукты» и затем обанкротили ее, чтобы не платить кредиторам. Сами они отрицают вину, оба в СИЗО с прошлого марта. Мошковичу грозит более 20 лет лишения свободы. Еще одно обвинение — о даче взятки бывшему вице-губернатору Тамбовской области: следствие считает, что бизнесмен передал ему за покровительство немецкий охотничий карабин за более чем 2 млн рублей.

Теперь же появился антикоррупционный иск Генпрокуратуры. Сейчас параллельно идут два противоречивых процесса, комментирует профессор Финансового университета Константин Симонов:

Константин Симонов генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности, профессор Финансового университета «С одной стороны, РСПП, крупный бизнес пытаются пролоббировать закон, который определяет предельный срок нарушений по приватизационным сделкам, и рассчитывают, что это станет зонтиком для крупного бизнеса и решит все проблемы, связанные с переделом собственности. А с другой стороны, мы видим огромное количество кейсов, связанных с изъятием активов. Начиналось это с относительно среднего бизнеса регионального. Потом все более-более крупные истории были. Опять же, в настоящее время мы понимаем, что никакие предельные сроки приватизации и прочие юридические защитные механизмы бизнесу не помогут, потому что сейчас четко совершенно мы видим тенденцию, что можно обвинить бизнес в коррупционных схемах, в наличии иностранных граждан, влияющих на компанию, в наличии иностранных бенефициаров и так далее, и так далее. Самое простое — это просто зафиксировать какую-то коррупционную составляющую. В этом плане, кстати, возвращаясь к приватизации, тоже смешно, потому что если нарушение подать как коррупционное — все, оно уже под этот защитный зонтик не подлезет».

Кстати, акции «Русагро» на Мосбирже на иск Генпрокуратуры отреагировали неоднозначно: сперва обвалились, но почти сразу восстановились и выросли почти на 3 процента.