Селлеры, пострадавшие от атак на склады маркетплейсов, жалуются на сложности с подтверждением ущерба

— По обращениям из разных регионов видно, к сожалению, что проблема затронула практически всех. Это действительно очень большая сложность. И так ситуация очень сложная. Основной части надо понимать, что делать дальше, как выходить из создавшейся ситуации. А тут до конца нет полного понимания, что произошло, какой объем ущерба. Это сейчас на повестке первый вопрос.

— Что предприниматель фактически не может сделать без такой справки? Получить компенсацию на господдержку?

— Меры поддержки до конца не определены. Вопрос в разработке, полного объема и полного перечня мы еще не видели. Вчера Минфин направил свои предложения. Сейчас все в стадии выработки позиции. Основная часть предпринимателей должны принять решение, ущерб такой, что делать дальше? Пытаться бизнес восстанавливать, договариваться с поставщиками, с сотрудниками, увольнять, не увольнять, есть шанс остаться либо принимать решения и все-таки переходить к процедуре банкротства. У многих кредиты. Банку тоже нужны документы.

— Какой срок выдачи справки был бы адекватным в такой ситуации?

— Когда мы готовили обращение, предложение в правительство, написали об адекватно коротких сроках. Мы понимаем, что, с одной стороны, маркетплейсам нужно время, чтобы оценить и масштаб, и ущерб. Но есть склады, которые были самыми первыми, где достаточно давно произошла эта беда. И поэтому мы рассчитываем, учитывая, что маркетплейсы — это цифровые платформы, что где-то в течение двух недель такие документы у бизнеса начнут появляться. Сроки должны быть сжаты по минимуму, потому что люди пострадали слишком серьезно и для дальнейших шагов им необходимы эти документы.

— Справка действительно у Wildberries появилась, но она занимает буквально три строки, там указано, что товары пострадали в результате налета беспилотников. Все, никакой конкретики. Что касается списка товаров пострадавших, они обещали в течение 30 дней предоставить с момента первого удара. Но до сих пор мы никаких данных в личном кабинете не увидели.

— Для чего эту справку можно использовать? Ведь если мы правильно понимаем, она все равно не подтверждает, что ущерб выше 5% годового дохода.

— Действительно, да, мы тоже об этом задумывались. То есть она по месту требования, но по факту мы ее предъявить никуда не можем, кроме как в качестве обоснования для подачи судебного иска против Wildberries.

— Вы же селлеры на Ozon, у вас там тоже был товар.

— Да, товар там тоже был, пострадал в одном складе, который атаковали, мы сумели вытащить какие-то данные, по последним атакам, что были вчера, мы пока данные не вытащили, но, опять же, Ozon в этом плане хорошо сделали, что сразу уведомили нас в личном кабинете отдельным сообщением, что у нас была подключена страховка от «Ингосстраха» и после подсчета ущерба и инвентаризации с нами свяжутся для согласования сумм компенсации.

— Пришли радостные новости по поводу возможных, скорее всего, реальных налоговых каникул тем, кто потерял товары. Мы уже были на двух встречах с Wildberries, где они нам рассказывали, что происходит и куда мы движемся. Денежных компенсаций, скорее всего, не будет, потому что вопрос тонкий, сложный, комплексный. Я так понимаю, что и такого количества финансов сложно найти, поэтому они пытаются оказать помощь налоговыми каникулами, пытаются из Минпромторга для промышленных предприятий тоже выбить поддержку. Так как московское промышленное предприятие для нас тоже важно, они помогают безболезненно перейти на отгрузки со своего склада, помогают и глобально перестроить процессы со стороны площадки, помогают получить в банках кредитные каникулы.

— Чтобы пострадавший селлер попал под эти налоговые послабления, это же нужно, наверное, оказаться в реестре пострадавших?

— Информация пришла только вчера о том, что такая мера будет. Как она будет работать, кто именно туда попадет, по каким критериям, пока до конца неясно. Да, там называется 5% годового оборота. Тоже до конца непонятно. Это оборот в штуках, в деньгах, в себестоимости? Этот момент пока не прояснен, но они обещают в течение трех дней предоставить детальную информацию.

— Самое главное сейчас — это формирование реестра пострадавших. Вы должны попасть в этот реестр, на основании него и будет приостановка по взысканию кредитов, налогов, будет запрет на проведение выездных налоговых проверок, камеральных налоговых проверок. То есть фактически те, кто попадает в этот реестр, могут получать и субсидированные кредиты, и льготные возможности на старые кредиты. Все зависит от взаимодействия с конкретным банком и с проверяющими налоговыми органами. Но пока что в реальной жизни я не видел, как что работает, пока все идет в рамках переписки с маркетплейсом. У селлеров в основном онлайн-кабинет с возможностью в нем написать сообщение. Телефона горячей линии нет.

— Можно ли доказать размер ущерба без справки или акта от маркетплейса?

— Попытаться можно. Я таких бумаг не видел. Я сам веду нескольких селлеров, у которых разная степень проблемы. У одних сгорело 30% от остатков, а у других — 90%. Тех, у кого сгорело более 70% от остатков, ничто не спасет, потому что никакие налоговые льготы, никакие льготные кредиты не смогут восполнить 70% сгоревшего склада.