16+
Суббота, 18 ноября 2017
  • BRENT $ 62.72 / ₽ 3705
  • RTS1132.45
13 августа 2015, 19:16 Право

Верховный суд сохранил секреты военных

Лента новостей

Верховный суд России встал на сторону президента Владимира Путина. Служители Фемиды поддержали его указ о засекречивании потерь Минобороны в мирное время. Иск девяти гражданских активистов об отмене указа был отклонен

Бойцы российского подразделения МВД.
Бойцы российского подразделения МВД. Фото: Артем Коротаев/ТАСС

Верховный суд России сегодня отклонил иск группы гражданских активистов, просивших признать незаконным президентских указ о засекречивании потерь Минобороны РФ в мирное время. Заявители утверждали, что данный указ выходит за рамки закона «О гостайне», нарушает права журналистов, а также создает опасность угрозу привлечения к уголовной ответственности за разглашение гостайны. Однако суд с их доводами не согласился.

С иском в Верховный суд обратились девять человек. Среди них, в частности, были обвинявшийся в госизмене журналист Григорий Пасько и многодетная мать Светлана Давыдова, а также активно освещавшие вооруженный конфликт на юго-востоке Украины корреспондент телеканала «Дождь» Тимур Олевский и спецкор «Новой газеты» Павел Каныгин. Почти все они приехали на заседание.

Оспариваемый ими указ Владимира Путина появился на свет 28 мая этого года. Он дополнил пунктом № 10 «Перечень сведений, отнесенных к государственной тайне», составленный в 1995 году еще при Борисе Ельцине. И если до его появления секретными считались потери только в военное время, то теперь к ним отнесли «сведения, раскрывающие потери личного состава в Минобороны России в мирное время в период проведения специальных операций».

Указ, противоречащий закону?

Заявители просили признать пункт № 10 недействующим. Они апеллировали к тому, что появившаяся норма противоречит закону «О гостайне», а именно статьям 5 и 7 федерального закона «О гостайне». В первой не говорится, что потери личного состава в мирное время относятся к секретной информации. Статья же 7 данного закона запрещает засекречивать данные о чрезвычайных происшествиях и катастрофах, угрожающих безопасности и здоровью граждан и их последствия. По мнению заявителей, под чрезвычайными происшествиями следует понимать события, «представляющие повышенную общественную опасность». Такое определение дается в юридической литературе, указали они.

Истцы также утверждали, что президентский указ препятствует профессиональной деятельности журналистов. Он не соответствует части 4-й статьи 29 Конституции России, согласно которой «каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом», а также статью 47 закона «О СМИ», также дающей журналисту право на поиск информации.

«Оспариваемый пункт 10 перечня нарушает принцип формальной определенности и недвусмысленности норм права и создает угрозу привлечения заявителей к уголовной ответственности», — указывалось в иске. Там отмечалось, что

термин «специальная операция» на данный момент не раскрыт в официально опубликованных нормативных правовых актах, в связи с чем доподлинно установить, какие именно проводимые органами власти и вооруженными силами действия являются «специальными операциями», невозможно. Между тем за «разглашение гостайны» (статья 283 УК РФ) грозит от 3 до 7 лет заключения.

Незнание не освобождает от ответственности

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 перечня, «сведения, раскрывающие планы применения войск в мирное время в специальных (контртеррористических) операциях», отнесены к гостайне. «Из изложенного следует, что сами сведения о планах и о факте проведения специальных операций подлежат засекречиванию. Это означает, что лицо, не осведомленное о проводимой специальной операции и осуществляющее сбор сведений о данном событии, не знает и не может знать, что сведения о потерях, возникших вследствие проведения такой операции, являются государственной тайной, и что сбор и распространение таких сведений запрещены», — говорилось в иске. Также в нем отмечалось, что понятие «потери личного состава» не предусмотрено законом «О гостайне»

Истцы пытались убедить суд в том, что президент вышел за рамки своих полномочий, так как закон не наделяет его правом по расширению перечня сведений, составляющих гостайну. Представлявший интересы истцов адвокат Иван Павлов настаивал, что была нарушена процедура при формировании перечня секретных сведений — она предусматривает получение экспертного заключения. «В случае с оспариваемым пунктом такого заключения представлено не было. То есть был нарушен принцип обоснованности», — сказал он.

В свою очередь, представлявшая интересы президента РФ в суде начальник отдела претензионной и судебно-правовой работы Минобороны Наталья Елина назвала иск необоснованным и просила его отклонить. Она заявила, что закон при издании указа не был нарушен. По ее сведениям, инициатором засекречивания данных о потерях военных в мирное время стал Дмитрий Медведев. Юрист попросила суд приобщить к материалам дела его обращение на имя Владимира Путина. Таким образом, указала она, президент не выходил за рамки своих полномочий, в соответствии с которыми формирование перечня сведений, составляющих гостайну, осуществляется указом президента по представлению правительства.

Секретные регламенты

«Понятие о численности войск, сведения о которых составляют гостайну, раскрывается в федеральном законе «Об обороне» в системной связи с указом президента и равнозначно понятию «личный состав» Вооруженных мил РФ», — сказала Елина. — Термин «потери» раскрыт и применяется в различных правовых актах, в том числе в документах Минобороны, в частности ,в Наставлении по учету личного состава Вооруженных сил РФ, утвержденным приказом министра обороны, имеющим гриф «секретно».

Довод о том, что в законодательстве отсутствует определение «спецоперация», которое вызывает двусмысленное толкование указа президента, Елина назвала голословным и необоснованным. Юрист сообщила, что он раскрыт в документах Минобороны, в частности, в Наставлении по подготовке и ведению боевых действий. Правда, он утвержден приказом министра обороны от 22 ноября 2013 года № 022, который имеет гриф «совершенно секретно».

Представитель президента не приняла и довод заявителей о нарушении их конституционных прав. Елина акцентировала внимание суда на том, что статья 29 Конституции РФ наряду с правом на поиск гражданином информации «запрещает каждому использовать это право в отношении сведений, составляющих гостайну». Она не согласилась с аргументами истцов о том, что сведения о потерях личного состава в период проведения спецопераций относятся к сведениям о чрезвычайным происшествиях. Елина указала, что такой вывод основан только «на мнениях, содержащихся в литературных произведениях различных авторов», которые не являются источниками права.

В то же время, по ее словам, согласно закону «о СМИ» журналисты не могут получать сведения, составляющие гостайну, и, если следовать закону, ответственность за нарушение закона о гостайне несут секретоносители, непосредственно виновные в их разглашении. Также Наталья Елина заявила, что истцы не привели факты нарушения их прав указом президента. «Прошу отказать в удовлетворении их иска в полном объеме», — сказала она. Представитель Генпрокуратуры Лариса Степанова ее поддержала. Пробыв в совещательной комнате РФ полчаса, судья Юрий Иваненко иск отклонил, после чего была оглашена резолютивная часть судебного акта.

Группа риска

Комментируя решение суда, представлявший интересы истцов адвокат Иван Павлов заявил BFM.ru, что заявители не исключали подобный исход. «Когда мы начинали этот путь, мы понимали, что надо готовиться к дальней дистанции. Мы не спринтеры, а стайеры. Мы встали на дальнюю дистанцию и понимали, что нужно ее пройти», — сказал он. Юрист сообщил, что сегодняшнее решение будет обжаловано в апелляционной инстанции Верховного суда. Также в планах гражданских активистов обращение в Конституционный суд России. Там они намерены поставить под сомнение конституционность закона «О государственной тайне». «Если, по мнению Верховного суда, закон «О гостайне» допускает возможность выхода за его пределы президентом РФ, то это противоречит Конституции, которая в статье 29 говорит, то перечень сведений, составляющий гостайну, определяется федеральным законом и не может быть отрегулирован на уровне подзаконного нормативного акта, которым является указ», — отметил Павлов. Он добавил, что у истцов есть еще ряд идей по оспариванию положений указов президента, связанных с гостайной.

«Государственная тайна у нас регулируется нецивилизованным способом. Значительная часть нормативных актов в этой сфере сама под грифом секретно. Сегодня представителем президента (они же сотрудники Минобороны) апеллировали в своих выступлениях засекреченными правовыми актами, а их применение запрещено статьей 15 Конституцией. Она гласит, что неопубликованные нормативно-правовые акты, не подлежат применению, если они регулируют права и свободу граждан», — подчеркнул юрист. Он выразил опасения о том, что первыми от решения Верховного суда, который узаконил указ президента о засекречивании потерь Минобороны РФ в мирное время, попадут журналисты, правозащитники и «солдатские матери».

«Они все попадают в группу риске. Ведь в Уголовном кодексе России, кроме ответственности за разглашение гостайны (статья 283 УК РФ — от 3 до 7 лет лишения свободы) есть ответственность и за незаконное получение сведений, составляющих гостайну (ст. 283.1 УК РФ — от 3до 8 лет заключения). Эта статья появилась в 2012 году. И под эту статью сейчас будут попадать все те, кто занимается расследованиями в случаях гибели российских военнослужащих и журналистов», — сказал Павлов.

Рекомендуем:

  • Фотоистории