16+
Понедельник, 23 апреля 2018
  • BRENT $ 75.01 / ₽ 4640
  • RTS1144.66

Каталог персон

Все персоны
Георгий Владимирович Остапкович

Георгий Владимирович Остапкович

директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Директор центра Институт статистических исследований и экономики знаний/центр конъюнктурных исследований.

Начал работать в НИУ ВШЭ в 2009 году.

 

Мнение к материалу от 20 февраля 2018 года:
«Доходы населения стабильны, но это лишь «трюк» Росстата?»
«Если он сопоставляет с январем прошлого года и с добавкой вот этих миллиардов, то январь к «грязному» январю прошлому был бы 93%. То есть реальные доходы составили минус 7%. Но вопрос — прав ли Росстат или не прав? Вся статистика живет по так называемой статистической Библии — это система национальных счетов, которую составляет ООН, департамент статистики. Это 700 страниц рекомендаций, и более 170 стран живут именно по этим рекомендациям, чтобы сравнивать экономики стран мира. Там есть раздел «Реально располагаемые доходы», и в этом разделе четко написано: разовые выплаты не выходят в динамические ряды по оценке реальных доходов. Однако есть одно но: к разовым выплатам все-таки относится тот момент, когда государство видит, что доходы достаточные и действительно одноразово выплачивает, ну, не милостыню, а поощрение своему населению. Тогда они не включаются. Но это выплачено то, что государство задолжало пенсионерам России. То есть в свое время правительство не индексировало на 12% согласно закону своему же пенсию, и эти 5 тысяч не просто выдали, а это в виде индексации. Вы посмотрите, если бы они эти 5 тысяч выдали бы не в январе, а растянули бы на 12 месяцев по равным долям, то никакого выплеска бы ни в прошлом году, ни в этом году бы не было. Поэтому я бы не хотел обвинять Росстат, но некоторая статистическая уловка здесь просматривается».
Мнение к материалу от 25 января 2018 года:
«Рейтинг прозрачности: у 40 крупных российских компаний — ни одного балла»
«Я понимаю, что результаты этой оценки не очень благоприятны для нас, но все-таки я бы относился к этому спокойно. Как дополнительный источник информации это воспринимать можно, но какого-то акцентирования, резкого принятия мер по наведению порядка я бы не стал делать. Все-таки наши фискальные органы достаточно компетентны, все эти организации проверяют и налоговики, и другие органы. Если с нашей стороны претензий нет, ничего страшного я в этом не вижу. К сожалению, компании иногда вынуждены скрывать какие-то свои процедуры. Из-за того что административное давление и проверочный аппарат работает слишком агрессивно, они скрывают некоторые показатели, которые, может быть, не входят в отчетность. Но презумпцию добросовестности у этих компаний, которые даже попали в минусовую зону, я бы не отбирал».
Мнение к материалу от 11 февраля 2018 года:
«Налоговый маневр: бизнес выиграет, люди проиграют?»
«Если было бы 22-22, то вообще бы выпадающих доходов не было. Все-таки 21-21 бюджет немного потеряет, но это абсолютно некатастрофично. Но основной смысл — что снижаются налоги на труд. У нас налоги на труд, эти страховые, социальные взносы, медицинские, где-то в районе 30% для крупных предприятий. Это очень обременительно для работодателей, то есть этот налог снижается, а налог по НДС повышается. Разные виды деятельности будут реагировать на все эти повышения и снижения по-разному. То есть, если предприятие какого-то вида деятельности имеет высококвалифицированных, инновационных сотрудников и платит им высокую зарплату, они, конечно, заинтересованы в снижении налога на труд, то есть снижении вот этого — с 30 до 21%. Но есть предприятия, у которых низкая заработная плата сотрудников, поэтому для них эффект будет слабый. Но они работают с НДС. Они работают, покупают оборудование, делают продукцию. Для них это может ухудшить их ситуацию. В принципе, основной момент — это снижение налога на труд — абсолютно позитивный».

Фотоистории