16+
Понедельник, 16 июля 2018
  • BRENT $ 74.92 / ₽ 4687
  • RTS1189.35
2 марта 2009, 15:37 Макроэкономика

«Совершенно другая жизнь начинается»

Лента новостей

Сегодня на Инвестиционном финансовом форуме Алексей Кудрин пообещал скорый рост российской экономики. Участник форума, член совета директоров «ВТБ Капитал» Сергей Дубинин в интервью Business FM рассказал, каким видит он выход из кризиса

Сергей Дубинин. Фото: PhotoXPress
Сергей Дубинин. Фото: PhotoXPress

Сегодня на Инвестиционном финансовом форуме Алексей Кудрин пообещал скорый рост российской экономики, переориентированной с нефтяных доходов на инновационные. Участник форума, член совета директоров «ВТБ Капитал» и бывший глава ЦБ Сергей Дубинин в интервью Business FM рассказал, каким видит он выход из кризиса

— Десять лет назад возникал вопрос о плавной девальвации, которую мы видим сейчас?

— Ситуации трудно сопоставлять. Тот кризис был кризисом бюджета. Девальвация была сопутствующим моментом, связанным с тем, что значительная часть дефицита бюджета покрывалась за счет размещения ГКО, и туда вкладывались иностранные деньги. Механизм девальвации был завязан на это.

Сейчас совершенно иная ситуация. Во-первых, дефицит бюджета еще только развивается, его пока еще нет в критическом объеме. Во-вторых, все-таки работает бюджетная система, это главная основа для сегодняшней ситуации в финансовом секторе. И работает банковская система совершенно не на тех началах, на каких это было в 1998 году.

— Тогда выбора не было. Сейчас он был. На ваш взгляд, правильный ли был выбор — проводить девальвацию именно таким путем в течение месяца, формируя определенную модель поведения вообще у всех хозяйствующих субъектов, прежде всего в финансовой среде?

— Да, я считаю, что было сделано все совершенно правильно, именно потому, что все ожидали некоего удара, что называется, по голове или поддых. Мгновенная девальвация — и мы бы увидели с вами наверняка толпы людей, стоящие в очереди перед банковскими окошками. Вот опасность такого слома была очень высока. И это удалось Центральному банку и, вообще, нашим властям финансовым избежать именно путем постепенности. То есть людям создали возможность перевести, как сказал тут Евгений Надоршин, из государственного резерва в свой собственный резерв эти доллары. И закономерно предложить тем же банкам, наполненным долларами, теперь самим решать свои проблемы, правда, это деньги часто клиентские, а не самого банка.

— Тем не менее находящиеся на счетах и не стремящиеся оттуда убежать.

— Вот теперь можно быть более спокойными за банковскую систему и за спокойствие просто на улицах наших городов, поэтому решение было правильным.

— Стабилизацию в банковской системе финансовые власти ставят в свою главную заслугу. Cтабильность сейчас достигнута? Какие следующие удары банковская система будет испытывать?

— Можно сказать, что следующий тяжелый период уже начался, прежде всего, это спад ВВП и промышленности. Мы знаем, насколько рухнуло производство — больше чем на 16% — за один прошлый квартал, и в этом квартале тоже ползет вниз. И в этой ситуации, конечно у очень многих клиентов банков просто не будет средств для того, чтобы расплатиться по ранее привлеченным кредитам. То есть следующий этап — это борьба с невозвратами кредитов.

— В 10% Алексей Кудрин оценил возможные невозвраты у крупнейших банков по их активам. Насколько это серьезная цифра, и насколько она может повлиять на устойчивость всей системы?

— Я думаю, что для крупнейших банков, прежде всего государственных — Сбербанка, ВТБ — это цифра переносимая, но опасаюсь, что даже в первой сотне крупнейших банков по активам и капиталу есть определенный вид специализации, и многие работают с тем бизнесом, который другие не хотели бы обслуживать. И вот у них там возникает риск в этих конкретных отраслях и точках некоего провала, то есть могут оказаться под ударом довольно крупные банки.

Мелкие банки, которые вообще работают только для своих хозяев, мелких клиентов, они как раз более защищенными могут оказаться, потому что они не совершают крупных сделок, и там очень многие знают друг друга в лицо, у них там личные отношения, связи. Но вот реально работающие на экономику — это первые две сотни банков, и вот проблемы здесь, видимо, будут возникать именно в ближайшие два-три месяца.

— Тема, которая не дает покоя ни представителям производственного бизнеса, ни банкирам. Они все в один голос говорят, что весь мир идет в одну сторону, снижая процентную ставку любой ценой, а мы идем в прямо противоположную, и это делает выживание бизнеса практически невозможным, потому что невозможно пополнить свои оборотные средства за счет кредитов.

— Это очень непростой и длинный разговор. Я думаю, что эта ситуация, вами описанная, сегодня неизбежна в России. Дело в том, что у нас и так высокая очень инфляция, и сейчас вопрос в том, что предприятия должны получать под реальную ставку процент, значит, она должна быть выше инфляции. Если сравнивать с теми же Соединенными Штатами, там падение цен — дефляция — оказывается, быстрее даже происходит, чем снижение ставок. То есть там ситуация снижения цен практически фатальная по всем рынкам.

А если у нас цены хотят удержать на высоком уровне, не снижая их, и гордятся даже этим, как с жильем, например, заявляют: нет, не будет снижения цен, — то откуда же тогда в этой ситуации может произойти снижение процентных ставок? А мы уже привыкли к тому, что у нас процентные ставки в банках ниже инфляции. И только на разнице депозитной ставки, которая еще ниже, недоплачивая людям по депозитам, держали низкие процентные ставки.

— Не стимулируя тем самым сохранение сбережений.

— Это очень непростой разговор, но именно сейчас, в процессе кризиса, от этого надо уходить, надо, действительно, переходить к реальным процентным ставкам. Это очень важная задача, хотя и драматическая.

— И которая приведет наверняка к банкротству очень многих ныне действующих предприятий.

— Да, такая угроза существует.

— Ваш прогноз по развитию инфляционной ситуации в стране, какие факторы будут играть ключевую роль? Мы знаем, что фактически будут распечатаны суверенные фонды, так или иначе, это фактически эмиссия.

— Это обмен валютной составляющей тех фондов на деньги российские. И на такой основе пополнялась денежная масса на протяжении предыдущих 15 лет. Поэтому здесь все нормально, этот механизм как раз экономически сбалансированный.

— Сбалансированный, с точки зрения поддержания курса, но не сбалансированный, с точки зрения увеличения именно рублевой денежной массы в обороте.

— Сейчас первоочередной задачей будет освоение своего собственного внутреннего рынка. Если мы все еще будем надеяться, что откуда-то к нам придут кредиты дешевые, и можно будет делать все то же самое и такого же плохого качества и в результате продолжать свой бизнес, то это безнадежные мысли. Вот сейчас нулевой рост в Европе и Америке — это довольно надолго. Там не будет экономического роста и не будет стремительного роста спроса на нефть, надо учиться жить, работая на свой внутренний рынок, и не надеяться, что его закроют для российского производителя, отгородят российского производителя в некоем заповеднике от зарубежной конкуренции. Совершенно другая жизнь начинается.

— Насколько долго сохранятся курсовые соотношения между ключевыми валютами: евро и доллар? Насколько уязвим доллар?

— Сейчас ситуация уязвимости и там, и там существует. Очень показательна дискуссия между «новой Европой» и «старой Европой», там же огромные спреды между, скажем, греческими национальными бумагами и германскими. То есть внутри зоны евро финансовая ситуация тоже очень напряжена. Поэтому сегодня более спокойно все смотрят на политического гиганта — на Америку, и поэтому доверяют ей не за экономику, а за ее лидирующую политическую позицию.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

  • Фотоистории

    BFM.ru на вашем мобильном
    Посмотреть инструкцию