16+
Четверг, 21 февраля 2019
  • BRENT $ 67.07 / ₽ 4395
  • RTS1187.27
2 апреля 2015, 21:47 ПолитикаКонфликты

Прорыв на переговорах по Ирану. Шиитской атомной бомбы, видимо, не будет

Лента новостей

Иран и шестерка договорились. «Можно писать черновик соглашения», — заявил глава МИД Ирана Джавад Зариф после переговоров в Лозанне

Верховный представитель ЕС Федерика Могерини и глава МИД Ирана Джавад Зариф на переговорах в Лозанне
Верховный представитель ЕС Федерика Могерини и глава МИД Ирана Джавад Зариф на переговорах в Лозанне Фото: ZUMA/ТАСС

Иран и «шестерка» договорились. На переговорах в Лозанне стороны согласовали все ключевые вопросы по иранской ядерной программе. Участники процесса, называют договоренности историческими, но подчеркивают, что впереди — еще много работы.

Как заявила глава европейской дипломатии Федерика Могерини, Тегеран согласился ограничить обогащение урана на 25 лет и вывезти большую часть ядерных запасов из страны. Иран продолжит обогащение урана только на одном из своих объектов. Еще одной уступкой стало сокращение на две трети числа рабочих центрифуг. В ответ Евросоюз, США и ООН должны снять санкции против страны.

На новостях из Лозанны нефть марки Brent рухнула более чем на 5%, WTI потеряла около четырех. Однако, появление иранской нефти на рынке в объемах, способных обвалить цены, может произойти не раньше середины следующего года, пишет Reuters.

«Смягчение санкций вряд ли начнется раньше, чем через полгода или даже через год после того, как соглашение будет подписано в июне», — сказано в аналитической записке компании Energy Aspects. Ирану потребуется несколько месяцев, чтобы нарастить добычу и увеличить экспорт. Его восстановление, как ожидается, приведет к снижению цен на нефть.

Глава МИД Ирана Джавад Зариф заявил, что исламская республика намерена выйти на мировой рынок ядерного топлива и не будет закрывать ни один из своих ядерных объектов.

«Это соглашение позволит всем убедиться, что ядерная программа исламской республики Иран носила и будет носить исключительно мирный характер. При этом, хочу подчеркнуть, ни один из ядерных объектов Ирана не будет демонтирован, и в дальнейшем мы намерены выйти на мировой рынок ядерного топлива. Я также хотел бы сказать, что у нас сохраняются серьезные разногласия с США по некоторым вопросам, но мы продолжим работу ради выработки соглашения», — заявил Джавад Зариф.

Как сообщает пресс-служба Белого дома, Барак Обама с борта президентского самолета позвонил премьеру Израиля Биньямину Нетаньяху и заверил его, что США будут и дальше поддерживать Израиль в вопросах безопасности. Нетаньяху заявил, что соглашение «угрожает существованию Израиля», и что оно «не закроет Ирану дорогу к созданию бомбы, оно лишь облегчит ему путь к этому».

До этого Барак Обама назвал соглашение «хорошей сделкой» и отметил, что санкции «не остановили ядерную программу Ирана, но подтолкнули Тегеран к столу переговоров». Он подчеркнул, что сделка еще не подписана, и если Тегеран не выполнит свои обязательства, санкции могут быть возвращены. Их отменят только при заключении окончательного соглашения, а переговоры об этом будут продолжаться до 30 июня.

Москва призывает немедленно снять с Ирана односторонние санкций США и ожидает скорейшего начала проработки в Нью-Йорке порядка снятия санкций Совбеза ООН. Это заявил замглавы МИД России Рябков.

Что изменит соглашение по иранской ядерной программе и как оно отразится на России, Business FM рассказал член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко.

Как теперь себя поведет Иран?
Алексей Малашенко: Я попробую дать несколько иной комментарий. Может быть, это покажется провокативным, может быть, даже глупым, но, тем не менее. Интересная ситуация возникает. Во-первых, все-таки иранская, условно, атомная бомба была бы исламской бомбой, исламско-шиитской бомбой. Теперь ее, видимо, не будет. А дальше очень интересная вещь: ведь ядерная программа с прицелом на ядерное оружие для Ирана — была священная корова. Либералы, консерваторы никогда от этого не отказывались, а вот теперь произошел отказ, потому что через 25 лет неизвестно, что случится. Что это означает для Ирана? Может быть, там что-то меняется, что люди договорились с приходом Рухани, договорились и консерваторы, и исламские либералы, что надо начинать новую жизнь, надо каким-то образом переступать санкции, нужно от них отказываться и нужно быть нормальной страной. Если я прав, то ситуация будет меняться не только в Иране, но и вообще на Ближнем Востоке, да и в мусульманском мире. Второе, посмотрите, когда это произошло: когда идет гражданская война в Йемене. И сейчас все говорят о шиито-суннитской войне, много, чего говорят, но это же сигнал Саудовской Аравии: ребята, да, конечно, у нас проблемы есть, но вы нас не бойтесь, мы не хотим ядерного оружия, которое могло бы быть использовано против вот таких нехороших суннитов.
Только уточним, что официально Иран всегда опровергал, что он создает ядерное оружие.
Алексей Малашенко: Одно дело он говорил, а другое дело, чего он делал. Если бы еще годика два дали поработать по центрифугам, то, уверяю вас, что ситуация была бы другая. И наконец, Россия. Россия всегда была неким подспорьем Ирана, и Иран всегда спекулировал на своих отношениях с Россией. Поэтому если это соглашение реально, не будет никаких замен, перемен и спекуляций вокруг этого, это больше, чем соглашение. Это то, что действительно может привести к очень глубоким переменам, которые, может быть, пока мы даже и не осознаем.
Дело в том, что принципиальные параметры согласованы, но само соглашение предполагается заключить к 30 июня. Вы не ожидаете, что до 30 июня еще много чего может произойти?
Алексей Малашенко: Вы абсолютно правы, потому что мусульманский мир непредсказуем. Но те люди, которые сегодня пошли на это решение, я имею в виду Рухани и публику, которая вокруг него, они прекрасно понимают, что нужно искать какой-то выход и для Ирана, как такового, и для того, как Иран будет восприниматься и на Ближнем Востоке, и вообще во всем мире. То есть, если мы будем исходить по максимуму, то это великое событие. Если мы будем принимать в расчет то, что это какая-то политическая игра какой-то части политической элиты, это намного хуже. Но не будем забывать, что Хаменеи болен, и неизвестно, как там дальше будет развиваться. А Хаменеи был достаточно неуступчивым человеком по этому вопросу.
Для нас это все чем закончится, если закончится с Ираном хорошо?

Алексей Малашенко: Я бы не хотел кончать на пессимистической ноте, но я думаю, что если там по этому договору пойдет все хорошо, то мы будем нужны Ирану все меньше и меньше.

А, может, наоборот, он у нас все-таки рядом находится, торговать будем, товарооборот наращивать? S-300 поставлять, атомные станции строить.
Алексей Малашенко: Может быть, да. Но еще посмотрим, кто нам позволит это делать. Когда пришел к власти Рухани, у меня было первое ощущение, что уж он-то будет развернут на Запад еще больше, чем все предыдущие.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории

BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию