16+
Вторник, 24 апреля 2018
  • BRENT $ 75.23 / ₽ 4650
  • RTS1144.66
11 апреля 2018, 22:40 ПолитикаКонфликты
Актуальная тема: Кризис в Сирии

Рынок совершил политический разворот?

Лента новостей

Минфин США и Пентагон развернули курс рубля в плюс. Сначала в США предложили не вводить санкции против суверенного долга России, а потом — повременить с оценками химатаки в Сирии. Однако Трамп не снял главный вопрос повестки дня: авиаудары по сирийским объектам

Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС

Курс рубля вышел в плюс на новостях от Минфина США и Пентагона. Глава Минфина США Стивен Мнучин заявил, что согласен с рекомендацией ведомства, что Вашингтону не следует вводить санкции против суверенного долга России, передает Bloomberg. В свою очередь, министр обороны Джеймс Мэттис заявил, что США все еще оценивают доказательства предполагаемой химической атаки в Сирии, хотя и отметил, что у Пентагона есть варианты нанесения ударов по ряду сирийских объектов, если такое решение примет президент.

Рынок развернулся. Можно ли говорить о развороте политическом? Свое мнение Business FM высказал председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов:

— Я, честно говоря, разговора не вижу, потому что в сухом остатке то, что наговорил и написал Трамп, никто же не отменил его сообщений о том, что ракеты полетят. Военные готовы исполнить приказ. Значит, Трамп никаких сомнений не высказывает. Более того, уже после всего, что он наговорил за последние дни, на мой взгляд, политически невозможно не нанести удар, потому что тогда он попадает в ситуацию еще хуже, чем его предшественник, чем Барак Обама, которого очень критиковали.

— Неожиданные заявления все-таки главы Пентагона. Он как военный готов исполнить приказ, но при этом говорит, что нет окончательных данных по химической атаке в Думе, что надо дождаться результатов. Но результаты, если их дождутся, боюсь, они будут против версии Трампа. Что тогда?

— Результата ждать долго. Результаты сразу не бывают. Это пока доедут инспекторы.

— По идее должны быть уже в конце этой недели.

— В конце недели — это бесконечность по нынешним временам, а кроме того, мы же знаем, как работают эти организации, они всегда делают 55 оговорок, что у них нет мандатов выяснять, кто виноват, у них того-сего нет, мы полагаем, что, а может быть, и нет... Я, честно говоря, не думаю, что кто-то всерьез хочет выяснить, что там произошло. Опять еще раз повторяю: на мой взгляд, это чисто политическая история сейчас разворачивается. Она связана с Сирией уже так опосредованно, прежде всего это отношения США и России, а также позиционирование США как силы, которая способна в любой ситуации переломить ее в свою пользу, скажем, иметь политическое влияние на Ближнем Востоке. Но тогда какая разница, применил или нет. Как с этими, не к ночи будет помянуты, Скрипалями: чем дальше наслаиваются события, тем меньше уже кто-то будет выяснять, что там на самом деле произошло. Уже эффект достигнут.

— Давайте тогда о союзниках США поговорим. Вроде они не такие импульсивные люди, тем не менее Макрон говорит, что поддерживает планы США. Говорит, что мы должны с ними контактировать и согласовывать. Что говорит Мэй? Пока не понятно, что говорит Мэй, потому что одни источники говорят, что она против военного удара, в то же время СМИ уверяют, что она готова нанести его вопреки мнению парламента и всячески старается это сделать поскорее.

— Мне кажется, что союзники сейчас очень сильно растеряны. У Мэй вообще сложная ситуация, потому что США ее мощнейшим образом поддержали в «деле Скрипалей». Ну а теперь, если уж впрягаться в эту упряжку окончательно, то все дальнейшие издержки и последствия лягут на Великобританию абсолютно в той же степени, что и на США. А Британия все-таки страна качественно менее мощная, чем Америка. Что касается Франции, то здесь другой немного случай. Мне кажется, что президент Макрон разрываем противоположными устремлениями. С одной стороны, очень хочется показать, что Франция возвращает себе глобальные возможности, поскольку Франция на Ближнем Востоке удивительным образом все потеряла за последние пару лет.

— Да, Сирия когда-то была ее колонией.

— Это просто удивительно, до какой степени они растеряли влияние. А с другой стороны, конечно, становиться крайним, тем более что Трамп, судя по всему, был очень не прочь, чтобы союзники солировали, как в свое время Обама позволил им в Ливии делать все. И в общем, мне кажется, что там противоречивые чувства: есть хочется и худеть хочется. Но при этом, скорее, если они увидят, что Трамп решительно настроен, они его поддержат, потому что они боятся не поддержать.

Отдаст ли Трамп приказ о бомбардировке Сирии?

Александр РарАлександр Рар журналист, политолог «Сирия — это очень сложный участок. Мне кажется, что, во-первых, нужно понимать, что в Сирии определяется новый миропорядок. В зависимости от того, кто там победит и какая там будет конфигурация будущего, в том числе выживет ли Асад или нет, от этого будет зависеть, может быть, даже то, станет ли мир многополярным или останется монополярным, как этого хотят американцы. Во-вторых, конечно, в Сирии самая страшная ситуация в том, что там войны ведут не региональные силы, там замешаны все мировые державы: Америка, Россия, Турция, Иран, Израиль, Франция, Англия. Все. И на этом маленьком клочке земли происходят просто ожесточенные военные бои. Мне кажется, американская позиция очень проста: Асад не должен выиграть, поэтому он должен уйти — так решили американцы еще пять лет назад. Они не могут проиграть, они не могут оставить Асада у власти, поэтому мне кажется, что они будут все делать для того, чтобы его убрать или силой, или интригами, или переговорами. И, конечно, их вводит в бешенство, что Россия встала на его строну. Это все связано с западной политикой ценностей».

Как в США оценивают заявления глава Минфина Стивена Мнучина по поводу того, что Вашингтону не следует вводить санкции против суверенного долга России, а также министра обороны Джеймса Мэттиса о том, что США все еще оценивают доказательства предполагаемой химической атаки в Сирии?

Николай ЗлобинНиколай Злобин президент Center on Global Interests «Я наблюдаю за этой дискуссией в Вашингтоне и могу сказать, что на каком-то этапе она сводилась к множеству разных вариантов обсуждения только чисто военных вариантов: когда, кого, как, по какой части инфраструктуры ударить. Сегодня последние 24 часа происходит некий возврат к более жестокому рассмотрению вопроса. Возможности и опции, которые есть у США, — сегодня опять появились невоенные опции, дипломатические опции, больше говорят о международном каком-то сотрудничестве по этому вопросу, поэтому дискуссия идет волнообразно. И мне кажется, что многие сторонники Трампа критикуют президента за излишнюю воинственность, а многие его противники, как ни странно, глобалисты поддерживают Трампа в его желании ударить по Сирии. Трамп считается не без оснований очень жестким переговорщиком, он знает, как вести переговоры с любыми тяжелыми противниками. Он считает, что у него есть очень богатый опыт в этом вопросе. Он ведет себя как политик. Он ведет себя точно так же, когда был главой очень большой, богатой, мощной корпорации: загоняет противника в угол, а потом навязывает свои условия. Совсем не обязательно при этом добивать своего противника. Он так действовал в Северной Корее. И, в общем-то, добился успеха. Это его воодушевило. Что является проблемой для Трампа на сегодня — это реакция возможных союзников Америки, которые ждут от Америки очень большой активности в Сирии, в первую очередь арабские страны, Израиль, союзники по НАТО, которые ждут от Трампа мощной решимости что-то сделать. Поэтому, скорее, не о внутренних проблемах там или неком разочаровании американцев в Трампе может идти речь, а о том, что Америка может потерять имидж и решительность страны среди своих союзников, в первую очередь в регионе. Сейчас я это просто наблюдаю в Вашингтоне, какое очень сильное, большое, мощное давление оказывается на Трампа со стороны других стран, со стороны иностранных лоббистов, иностранных политиков, которые и вчера, и сегодня просто атакуют Трампа со своими идеями и предложениями, и большинство этих идей и предложений связаны с большей решимостью Америки».

Напомним, что пока никто из европейских чиновников не высказался о заявлениях американского президента.

Рекомендуем:

  • Фотоистории