16+
Пятница, 28 июля 2017
  • BRENT $ 52.63 / ₽ 3130
  • RTS1012.48

Каталог персон

Все персоны
Троицкий Михаил Алексеевич

Троицкий Михаил Алексеевич

Доцент МГИМО, эксперт по международным отношениям

Кандидат политических наук. Окончил Факультет международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета по специальности "международные отношения" в 1999 г. и аспирантуру Института США и Канады РАН в 2003 году. 

С 2003 г. является старшим преподавателем, с 2006 г. - доцентом Московского государственного института международных отношений (МГИМО-Университета) МИД России. С июня 2007 по декабрь 2009 г. работал заместителем декана Факультета политологии МГИМО.

С июня 2000 по декабрь 2009 г. координатор, заместитель директора Научно-образовательного форума по международным отношениям. С 2000 г. работал младшим, с 2005 г. - старшим научным сотрудником Института США и Канады РАН (ИСК РАН).

М. Троицкий выступал с лекциями в Европейском университете в Сант-Петербурге, парижском Институте политических наук (Sciences Po), Университетах Сан-Диего и Луивилля. Он также работал в качестве временного научного сотрудника в Международном научном центре им. Вудро Вильсона (Вашингтон) в 2005-2006 годах. Он также стажировался в Женевском центре политики безопасности (Швейцария) в 2001 году, колледже Клэр-Холл Кембриджского университета в 2006 г. и в колледже Сент-Энтони Оксфордского университета в 2008 году.

Мнение к материалу от 11 марта 2016 года:
«He’s not completely stupid: как понимать слова Обамы про Путина?»
«Я думаю, это такой тип похлопывания по плечу дружеский и мне кажется, что это интервью было дано с такой намеренной, дружеской ноткой, такой личной попыткой достучаться до самого Путина. Для этого Обама пытался придать какие-то личные мотивы, может быть, использовать неформальные, неординарные способы характеризовать другого человека. Ну, в общем-то, так как один друг о другом может сказать, что not completely stupid. Я думаю, что здесь речь идет о том, чтобы как-то проникнуть в фибры души президента Путина и, может быть, подвигнуть его на аналогичное иронично дружеское высказывание в адрес Обамы. Можно предположить, что он, действительно, начинает подводить итоги своего президентства. Обама, вероятно, решил подчеркнуть свое психологическое умение раскусить зарубежных лидеров и решить таким образом какие-то вопросы, которые бюрократия может решать месяцами, годами или вообще не способна решить».
Мнение к материалу от 12 февраля 2016 года:
«Переговоры в Мюнхене: «Может быть много непубличных условий, о которых мы узнаем лет через 20»»
«Боестолкновения могут продолжаться, и даже не только Россия может продолжить наносить свои удары, что будет вызывать сопротивление международного сообщества, но и главное — правительственные войска Асада могут продолжать наступление на Алеппо, где, как может сказать Асад, окопались террористы. Переговоры возможны только тогда, когда все стороны считают, что находятся в патовой ситуации, причем в болезненной патовой ситуации, из которой надо выходить. На сегодняшний день мне не кажется, что Асад считает ситуацию патовой. Россия — не знаю, но тоже вряд ли. Пока даже неясно, кто договорился, и неясно, как и кто будет выполнять эти соглашения. Но надо понимать, что и США, и Россия — серьезные игроки, великие державы, и, наверное, сделав такие заявления, они постараются как-то их реализовать».
Мнение к материалу от 24 февраля 2016 года:
«Жители Сирии: «Соглашения о перемирии считаются своего рода победой правительственной армии»»
«Перспектива сейчас чуть лучше просматривается, чем когда только предварительное соглашение было подписано около 10 дней назад в Мюнхене. Если действительно сирийские войска, подчиняющиеся президенту Сирии Асаду, готовы присоединиться к этому соглашению, значит, шансов на его реализацию становится больше, но проблема в том, что в Сирии практически идет война всех против всех. И поэтому сомнительно, чтобы удалось избежать провокаций в ближайшее время или после начала реализации этого соглашения. Прекращение огня имеет смысл только тогда, когда за ним просматривается четкая перспектива политического урегулирования, но в текущей ситуации в Сирии совершенно неочевидно, каких результатов мы можем ожидать. Именно поэтому я сомневаюсь, что такая паллиативная мера как прекращение огня, действительно сможет удерживаться длительное время».

Фотоистории